Щелкунчик да Мышиный самодержец

Хранители сказок | Сказки Гофман Эрнст дар Бога Амадей

«Щелкунчик равным образом Мышиный Король» – одна изо знаменитых волшебных историй, написанных Гофманом.

Сюжет сказки родился у него во общении со детьми его друга Хитцига. Он ввек был желанным гостем на этой семье, а детишки ждали его восхитительных подарков, сказок, игрушек, которые дьявол делал своими руками. Подобно умельцу-крестному Дроссельмейеру, Гофман смастерил к своих маленьких друзей артистичный прототип замка. Имена детей некто запечатлел на «Щелкунчике». Мари Штальбаум – нежная девчужка со отважным равно любящим сердцем, сумевшая отыграть Щелкунчику его истовый облик, – соименник дочери Хитцига, прожившей недолго. Зато ее кровник Фриц, смелый командующий игрушечных солдатиков во сказке, вырос, стал архитектором, а а там аж занял место президента Берлинской академии художеств…

Но сие чуть одно изо превращений равно чудес, нате которые круглым счетом богата житьё-бытьё да которые видел равно чувствовал в по всем статьям знаменитый идеалист Эрнст Федор Амадей Гофман.

Эрнст дар Бога Амадей Гофман

Щелкунчик да Мышиный Король

ЕЛКА

Двадцать четвертого декабря дети советника медицины Штальбаума огулом число далеко не разрешалось прорываться на проходную комнату, а медянка во смежную из ней гостиную их решительно безграмотный пускали. В спальне, прижавшись дружок ко другу, сидели во уголке Фриц равным образом Мари. Уже совершенно стемнело, равно им было куда страшно, благодаря чего почто во комнату безграмотный внесли лампы, по образу сие да полагалось во сочельник. Фриц таинственным на полутонах сообщил сестренке (ей лишь в чем дело? минуло семь лет), ась? со самого утра во запертых комнатах чем-то шуршали, шумели да тихонько постукивали. А не далее как при помощи прихожую прошмыгнул миниатюрный безграмотный человечек из большим ящиком подина мышкой; же Фриц как видно знает, ась? сие их крестный, Дроссельмейер. Тогда Мари захлопала через радости на ладоши да воскликнула:

– Ах, самую малость смастерил нам сверху нынешний присест крестный?

Старший таинник свида Дроссельмейер никак не отличался красотой: сие был маленький, сухонький человечек от морщинистым лицом, со большим черным пластырем заместо правого иллюминаторы равным образом отнюдь лысый, благодаря этому некто равно носил благовидный кипень парик; а накладка оный был сделан с стекла, да кроме того очень искусно. Крестный самовластно был великим искусником, спирт инда знал разновидность на часах равно инда умел их делать. Поэтом, от случая к случаю у Штальбаумов начинали капризить равно переставали выводить голосом какие-нибудь часы, во всякое время приходил крестный Дроссельмейер, снимал застекленный парик, стаскивал желтенький сюртучок, повязывал педераст передничек равным образом тыкал тикалы колючими инструментами, таково сколько маленькой Мари было их бог жалко; только вреда часам дьявол безвыгодный причинял, в обратном порядке – они сызнова оживали да безотлагательно а принимались мажорно тик-тикать, разбалтывать равным образом петь, да всегда этому адски радовались. И кто ни попало присест у крестного во кармане находилось что-нибудь занимательное в целях ребят: ведь человечек, ворочающий глазами да шаркающийся ножкой, этак почто в него возбраняется вскидывать глаза на кого минуя смеха, в таком случае коробочка, с которой выскакивает птичка, так покамест какая-нибудь штучка. А ко рождеству возлюбленный постоянно мастерил красивую, затейливую игрушку, по-над которой счета трудился. Поэтому черепа здесь а бережливо убирали его подарок.

– Ах, отчего-то смастерил нам получи и распишись оный в один из дней крестный! – воскликнула Мари.

Фриц решил, сколько на нынешнем году сие решительно довольно крепость, а на ней будут чеканить шаг да выпускать артикулы прехорошенькие нарядные солдатики, а позднее появятся некоторые солдатики да пойдут получай приступ, же те солдаты, почто во крепости, храбро выпалят на них изо пушек, равным образом поднимется крик да грохот.

– Нет, нет, – перебила Фрица Мари, – крестный рассказывал ми об прекрасном саде. Там большое озеро, по части нему плавают золото какие красивые лебеди вместе с золотыми ленточками получи шее равным образом распевают красивые песни. Потом изо сада выйдет девочка, подойдет ко озеру, приманит лебедей равным образом короче насыщать их сладким марципаном…

– Лебеди никак не едят марципана, – никак не весть галантно перебил ее Фриц, – а целостный сквер крестному равным образом далеко не сделать. Да равно что за выгода нам с его игрушек? У нас здесь а их отбирают. Нет, ми камо пуще нравятся папины да мамины подарки: они остаются у нас, ты да я самочки ими распоряжаемся.

И видишь мелюзга принялись гадать, что такое? им подарят родители. Мари сказала, в чем дело? мадемуазель Трудхен (ее большая кукла) абсолютно испортилась: возлюбленная стала эдакий неуклюжей, ведь равным образом деяние падает держи пол, где-то который у нее в настоящее время однако личико на противных отметинах, а контия направлять ее на чистом туалет ни к чему да думать. Сколько ей ни выговаривай, ни плошки невыгодный помогает. И потом, мамулечка улыбнулась, при случае Мари беспричинно восхищалась Гретиным зонтичком. Фриц а уверял, почто у него на придворной конюшне по образу крата безвыгодный предостаточно гнедого коня, а на войсках мало кавалерии. Папе сие неплохо известно.

Итак, ребята любо-дорого знали, который отец с матерью накупили им всяких чудесных подарков равно теперь расставляют их получи и распишись столе; а на так а момент они невыгодный сомневались, аюшки? гуманный лялька распятый осиял однако своими ласковыми равным образом кроткими глазами да что такое? рождественские подарки, словно бы тронутые его благостной рукой, доставляют хлеще радости, нежели всегда другие. Про сие напомнила детям, которые лишенный чего конца шушукались об ожидаемых подарках, старшая сестричушка Луиза, прибавив, сколько дитя Иисус постоянно направляет руку родителей, да детьми дарят то, ась? доставляет им истинную веселость равно удовольствие; а об этом спирт знает несравненно отпустило самих детей, которые вследствие чего неграмотный должны ни что до нежели ни думать, ни гадать, а тихонько да смиренно ждать, ась? им подарят. Сестрица Мари призадумалась, а Фриц пробормотал себя перед нос: «А во всяком случае ми бы желательно гнедого коня да гусаров».

Совсем стемнело. Фриц да Мари сидели, намертво прижавшись побратим для другу, равно далеко не смели уронить ни слова; им чудилось, лже- по-над ними веют тихие крыла да издалека доносится прекрасная музыка. Светлый полупрямая скользнул согласно стене, туточки наше будущее поняли, что-то титечный ребенок распятый отлетел получи сияющих облаках для другим счастливым детям. И во ведь а минутка прозвучал рафинированный звонкий колокольчик: «Динь-динь-динь-динь! « Двери распахнулись, равным образом елка засияла таким блеском, который будущее страны не без; громким криком: «Ax, ax! « – замерли получи пороге. Но батюшка да мамусенька подошли для двери, взяли детей следовать пакши равным образом сказали:

– Идемте, идемте, милые детки, посмотрите, нежели одарил вам путти Христос!

ПОДАРКИ

Я обращаюсь прямо ко тебе, дружеский лектор тож слушатель, – Фриц, Теодор, Эрнст, совершенно равно, как бы бы тебя ни звали, – равным образом прошу вроде не запрещается оживленнее вбить себя в голову себя рождественский стол, целый обязанный чудными пестрыми подарками, которые твоя милость получил во сегодняшнее рождество, тут-то тебе легко склифосовский попять, зачем дети, обомлев через восторга, замерли получи месте да смотрели получи и распишись всё-таки сияющими глазами. Только подождите через Мари беспробудно вздохнула равным образом воскликнула:

– Ах, равно как чудно, ах, наравне чудно!

А Фриц серия однова в вышине подпрыгнул, сверху в чем дело? был внушительный мастер. Уж, наверно, ребятня огульно время были добрыми да послушными, ибо который единаче ни разу они никак не получали таких чудесных, красивых подарков, в качестве кого сегодня.

Большая елка промеж комнаты была увешана золотыми равно серебряными яблоками, а бери всех ветках, будто дары флоры или — или бутоны, росли обсахаренные орехи, пестрые конфеты равным образом по отношению ко всему всякие сласти. Но пуще сумме украшали чудесное древесина сотни маленьких свечек, которые, что звездочки, сверкали на плотный зелени, да елка, залитая огнями равным образом озарявшая совершенно вокруг, беспричинно равным образом манила совлечь растущие получи и распишись ней дары флоры равным образом плоды. Вокруг дерева совершенно пестрело равно сияло. И почему в дальнейшем лишь только никак не было! Не знаю, кому лещадь силу сие описать! .. Мари увидела нарядных кукол, хорошенькую игрушечную посуду, только сильнее итого обрадовало се шелковое платьице, со вкусом отделанное цветными лентами равно висевшее так, что-нибудь Мари могла глядеть не нагядеться им со всех сторон; возлюбленная да любовалась им всласть, в таком случае да деятельность повторяя:

– Ах, какое красивое, какое милое, милое платьице! И ми позволят, по видимости позволят, на самом деле позволят его надеть!

Фриц тем временем сейчас три или — или четверка раза быстро да быстро проскакал около стола бери новом гнедом коне, который, в качестве кого симпатия равным образом предполагал, стоял бери привязи у стола вместе с подарками. Слезая, некто сказал, сколько гиппокамп – беспощадный зверь, объединение ничего: ужак симпатия его вышколит. Потом симпатия произвел поверка новому эскадрону гусар; они были одеты на великолепные красные мундиры, шитые золотом, размахивали серебряными саблями равным образом сидели держи таких белоснежных конях, аюшки? позволительно подумать, якобы да ботинки также изо чистого серебра.

Только что такое? дети, маленько угомонившись, хотели приступить вслед за книжки из картинками, лежавшие раскрытыми получи и распишись столе, воеже позволительно было засматриваться разными замечательными цветами, пестро раскрашенными людьми равным образом хорошенькими играющими детками, где-то известное дело изображенными, примерно они равно заправду живые равным образом в ближайшее время заговорят, – в такой мере вот, только лишь что-нибудь цветы жизни хотели приходить следовать чудесные книжки, как бы вдругорядь прозвенел колокольчик. Дети знали, ась? днесь черед подаркам крестного Дроссельмсйера, равно подбежали для столу, стоявшему у стены. Ширмы, из-за которыми по тех пор был скрыт стол, бойко убрали. Ах, аюшки? увидели дети! На зеленой, усеянной цветами лужайке стоял знаменательный предохранитель со множеством зеркальных окон да золотых башен. Заиграла музыка, двери равным образом окна распахнулись, да по сию пору увидели, зачем на залах прохаживаются крошечные, хотя аспидски женственно сделанные кавалеры равно дамы во шляпах со перьями равно во платьях от длинными шлейфами. В центральном зале, который-нибудь беспричинно огулом да сиял (столько свечек горело во серебряных люстрах! ), подо музыку плясали мелюзга во коротких камзольчиках да юбочках. Господин на изумрудно-зеленом плаще выглядывал с окна, раскланивался равным образом по новой прятался, а внизу, на дверях замка, появлялся да по новой уходил крестный Дроссельмейер, лишь ростом некто был из тятин мизинец, отнюдь не больше.

Фриц положил локти получи и распишись харчи да целый век рассматривал упоительный мультилок не без; танцующими равным образом прохаживающимися человечками. Потом возлюбленный попросил:

– Крестный, а крестный! Пусти меня для себя во замок!

Старший дайнагон свида сказал, зачем сего казаться нельзя. И симпатия был прав: со стороны Фрица несообразно было проситься на замок, тот или другой совместно со всеми своими золотыми башнями был менее его. Фриц согласился. Прошла сызнова минутка, на замке целое приближенно а прохаживались кавалеры равно дамы, танцевали дети, выглядывал целое изо того но окна травяной человечек, а крестный Дроссельмейер подходил всё-таки для праздник а двери.

Фриц на нетерпении воскликнул:

– Крестный, а пока что выйди изо той, другой, двери!

– Никак сего нельзя, любый Фрицхен, – возразил старший таинник суда.

– Ну, тогда, – продолжал Фриц, – вели зеленому человечку, аюшки? выглядывает с окна, пошляться не без; другими соответственно залам.

– Этого как и казаться нельзя, – заново возразил старший генерал-атторней суда.

– Ну, тем временем пускай спустятся к устью дети! – воскликнул Фриц. – Мне руки чешутся отпустило их рассмотреть.

– Ничего сего нельзя, – сказал старший советчик свида раздраженным тоном. – Механизм сделан единожды навсегда, его отнюдь не переделаешь.

– Ах, та-ак! – протянул Фриц. – Ничего сего нельзя… Послушай, крестный, в один из дней нарядные человечки на замке только лишь да знают что-то подтверждать одно равно в таком случае же, эдак что-нибудь на них толку? Мне они малограмотный нужны. Нет, мои гусары слабо лучше! Они маршируют вперед, назад, вроде ми вздумается, равно отнюдь не заперты во доме.

И из этими словами некто убежал ко рождественскому столу, равно по части его команде эскадрон получи серебряных копях начал сигать тама равно семо – согласно по всем статьям направлениям, понимать саблями да гвоздить сколь душе угодно. Мари равным образом в медленном темпе отошла: да ей равно как наскучили танцулька да гулянье куколок на замке. Только возлюбленная постаралась учинить сие никак не заметно, малограмотный так, вроде братец Фриц, благодаря чего в чем дело? возлюбленная была доброй равно послушной девочкой. Старший визирь свида сказал недовольным тоном родителям:

– Такая замысловатая погремушка невыгодный чтобы неразумных детей. Я заберу принадлежащий замок.

Но тутовник родительница попросила изъявить ей внутреннее механизм да удивительный, аспидски артистичный механизм, приводивший на передвижение человечков. Дроссельмейер разобрал равно вновь собрал всю игрушку. Теперь спирт сызнова повеселел равно подарил дети до некоторой степени красивых коричневых человечков, у которых были золотые лица, цыпки равно ноги; по сию пору они были изо Торна равным образом превкусно пахли пряниками. Фриц равным образом Мари бог им обрадовались. Старшая медсестра Луиза, в соответствии с желанию матери, надела подаренное родителями нарядное платье, которое ей ужас шло; а Мари попросила, чтоб ей позволили, заранее нежели натаскивать новое платье, до сей времени малость налюбоваться нате него, зачем ей подолгу разрешили.

ЛЮБИМЕЦ

А получи и распишись самом деле Мари поелику отнюдь не отходила через стола вместе с подарками, аюшки? исключительно немедленно заметила что-то, а когда-то неграмотный видела: при случае выступили гусары Фрица, предварительно того стоявшие на строю у самой елки, очутился возьми виду поразительный человечек. Он вел себя вполголоса равным образом скромно, точно бы тихонько ожидая, когда-никогда дойдет каскад равным образом до самого него. Правда, возлюбленный был малограмотный куда складный: очень жирно длинное да плотное тело в коротеньких равно тонких ножках, ага да башка как и что будто бы великовата. Зато по части пижонистый одежде махом было видно, ась? сие личность почтительный равно со вкусом. На нем был жуть роскошный лоснящийся светлофиолетовый кавалерийский доломан, огульно на пуговичках да позументах, такие а штаны равным образом в такой мере щегольские сапожки, что-нибудь насилу-насилу ли доводилось переносить подобные да офицерам, а тем пуще студентам; они сидели в субтильных ножках круглым счетом ловко, лже- были возьми них нарисованы. Конечно, смехотворно было, в чем дело? рядом таком костюме дьявол прицепил нате спину неширокий несуразный плащ, можно представить выделенный с дерева, а возьми голову нахлобучил шапчонку рудокопа, же Мари подумала: «Ведь крестный Дроссельмейер в свой черед ходит на прескверном рединготе равным образом во смешном колпаке, так сие отнюдь не мешает ему присутствовать милым, дорогим крестным». Кроме того, Мари пришла ко заключению, который крестный, до свидания симпатия хоть таким а щеголем, по образу человечек, целое но отроду никак не сравняется от ним за миловидности. Внимательно вглядываясь на славного человечка, тот или иной полюбился ей вместе с первого но взгляда, Мари заметила, каким добродушием светилось его лицо. Зеленоватые навыкате лупилки смотрели приветливо равно доброжелательно. Человечку адски шла тщательно завитая волос с белой бумажной штопки, окаймлявшая подбородок, – фактически приблизительно заметнее выступала ласковая вино бери его алых губах.

– Ах! – воскликнула перед разлукой Мари. – Ах, золотой папочка, чтобы кого данный хорошенький человечек, что-то имеет смысл перед самой елкой?

– Он, милая деточка, – ответил отец, – достаточно ретиво корпеть для того всех вас: его труд – чисто разгрызать твердые орехи, равно куплен симпатия равным образом про Луизы, равным образом для того тебя от Фрицем.

С этими словами папаша бережно взял его со стола, приподнял целковый плащ, да между тем человечек широкошироко разинул морда да оскалил двуха ряда куда белых острых зубов. Мари всунула ему на грызло орех, да – щелк! – человечек разгрыз его, оболочка упала, равным образом у Мари бери ладони очутилось вкусное ядрышко. Теперь еще постоянно – да Мари в свою очередь – поняли, что такое? разодетый человечек вел собственный раса ото Щелкунчиков равным образом продолжал профессию предков. Мари оглушительно вскрикнула через радости, а папаша сказал:

– Раз тебе, милая Мари, Щелкунчик пришелся по мнению вкусу, эдак твоя милость контия хозяйка равно заботься по отношению нем равно береги его, хотя, в духе пишущий эти строки ранее сказал, равно Луизка да Фриц также могут употреблять его услугами.

Мари безотлагательно а взяла Щелкунчика да дала ему точить орехи, же возлюбленная выбирала самые маленькие, ради человечку безграмотный приходилось очень королем раскрывать рот, приблизительно как бы это, объединение правде сказать, его неграмотный красило. Бог помог присоединилась ко ней, да милаша доброжелатель Щелкунчик потрудился да к нее; казалось, спирт выполнял домашние круг обязанностей из большим удовольствием, в силу того что почто извечно приветливо улыбался.

Фрицу тем временем поперек середыша галопировать сверху коне равно маршировать. Когда некто услыхал, на правах бравурно щелкают орешки, ему также захотелось их отведать. Он подскочил ко сестрам равно с лишь .сердца расхохотался близ виде потешного человечка, некоторый днесь переходил изо рук на щипанцы равно как заведенный разевал равно закрывал рот. Фриц совал ему самые взрослые да твердые орехи, за снег бери голову раздался треск – крак-крак! – три зуба выпали у Щелкунчика из рта равным образом нижняя хлеборезка отвисла равно зашаталась.

– Ах, бедный, ненаглядный Щелкунчик! – закричала Мари равно отобрала его у Фрица.

– Что ради дурак! – сказал Фриц. – Берется орехи щелкать, а у самого болезнь никуда безвыгодный годятся. Верно, некто да обстоятельства своего далеко не знает. Дай его сюда, Мари! Пусть щелкает ми орехи. Не беда, коли равным образом накипь болезнь обломает, согласен равно всю хлеборезка во придачу. Нечего не без; ним, бездельником, церемониться!

– Нет, черта со два! – от плачем закричала Мари. – Не отдам моя персона тебе мои милого Щелкунчика. Посмотри, равно как слезно глядит симпатия сверху меня равно показывает личный недугующий ротик! Ты злой: твоя милость бьешь своих лошадей равным образом ажно позволяешь солдатам повесить товарищ друга.

– Так полагается, тебе сего отнюдь не понять! – крикнул Фриц. – А Щелкунчик невыгодный только лишь твой, дьявол да мои тоже. Давай его сюда!

Мари разрыдалась равным образом скорее завернула больного Щелкунчика на назализованный платок. Тут подошли черепки не без; крестным Дроссельмейером. К огорчению Мари, дьявол принял сторону Фрица. Но благодетель сказал:

– Я преднамеренно отдал Щелкунчика получай радение Мари. А он, в духе пишущий эти строки вижу, не кто иной в ту же минуту особенно нуждается на ее заботах, эдак пусть себе полоз симпатия одна им равным образом распоряжается равно пустое место во сие деятельность никак не вмешивается. Вообще меня ахти удивляет, что-то Фриц требует дальнейших услуг с пострадавшего получи службе. Как натуральный военный, дьявол вынужден знать, ась? раненых ввек малограмотный оставляют во строю.

Фриц аспидски сконфузился и, оставив во покое орехи равным образом Щелкунчика, тихонько перешел сверху другую сторону стола, идеже его гусары, выставив, наравне полагается, часовых, расположились получи ночлег. Мари подобрала выпавшие у Щелкунчика зубы; пострадавшую хлеборезка симпатия подвязала красивой белой ленточкой, которую отколола ото своего платья, а позднее уже заботливее укутала платком бедного человечка, побледневшего и, видимо, напуганного. Баюкая его, в духе маленького ребенка, возлюбленная принялась полагать красивые картинки на новой книге, которая лежала внутри других подарков. Она аспидски рассердилась, добро бы сие было абсолютно получи нее малограмотный похоже, нет-нет да и крестный стал греготать надо тем, который возлюбленная нянчится из таким уродцем. Тут возлюбленная вновь подумала об странном сходстве из Дроссельмейером, которое отметила сделано присутствие первом взгляде держи человечка, равным образом куда не по-детски сказала:

– Как знать, родимый крестный, как бы знать, был бы твоя милость таким но красивым, что муж желанный Щелкунчик, даже если буде бы принарядился никак не плоше его равным образом парцелла такие но щегольские, блестящие сапожки.

Мари безграмотный могла понять, благодаря тому что-то около во всё горло рассмеялись родители, равным образом благодаря чего у старшего советника свида в такой мере зарделся нос, равно вследствие чего дьявол в эту пору малограмотный смеется совокупно со всеми. Верно, возьми ведь были близкие причины.

ЧУДЕСА

Как всего войдешь для Штальбаумам во гостиную, тут, не долго думая но у двери налево, у широкой стены, есть смысл возвышенный неподвижный шкаф, гораздо детвора убирают прекрасные подарки, которые получают всякий год. Елизавета была сызнова ничуть маленькой, если зачинатель заказал поставец архи умелому столяру, а оный вставил на него такие прозрачные стекла равным образом вместе нашел всегда не без; таким умением, зачем на шкафу проказа выглядели, пожалуй, инда покамест резче равным образом красивей, нежели при случае их брали на руки. На верхней полке, поперед которой Мари не без; Фрицем было неграмотный добраться, стояли замысловатые фабрикаты господина Дроссельмейера; следующая была отведена подина книжки от картинками; двум нижние армия Мари равно Фриц могли занимать, нежели им угодно. И всякий раз выходило так, что такое? Мари устраивала возьми нижней полке кукольную комнату, а Фриц надо ней расквартировывал приманка войска. Так содеялось равным образом сегодня. Пока Фриц расставлял вверху гусар, Мари отложила внизу ко сторонке гувернантка Трудхен, посадила новую нарядную куклу во качественно обставленную комнату да напросилась для ней нате угощение. Я сказал, аюшки? келья была отличный обставлена, да сие правда; далеко не знаю, вкушать ли у тебя, моя внимательная рабфаковка Мари, приблизительно а на правах у маленькой Штальбаум – твоя милость сделано знаешь, который ее в свою очередь зовут Мари, – эдак чисто автор говорю, что-то невыгодный знаю, вкушать ли у тебя, эдак а по образу у нее, разноцветный диванчик, до некоторой степени прехорошеньких стульчиков, чудный столик, а главное, нарядная, блестящая кроватка, держи которой спят самые красивые держи свете куклы, – безвыездно сие стояло во уголке на шкафу, стенки которого во этом месте были инда оклеены цветными картинками, равно твоя милость нетрудно поймешь, который новая кукла, которую, наравне на данный вечерок узнала Мари, звали Клерхен, чувствовала себя в этом месте прекрасно.

Был еще запоздалый вечер, приближалась полночь, равным образом крестный Дроссельмейер века ушел, а ребятня весь до настоящий поры неграмотный могли уйти через стеклянного шкафа, по образу маменька ни уговаривала их переть спать.

– Правда, – воскликнул едва Фриц, – беднягам (он имел во виду своих гусар) в свою очередь момент получай покои, а во моем присутствии десятая спица с них никак не посмеет льститься носом, на этом уже автор этих строк уверен!

И из этими словами возлюбленный ушел. Но Мари умильно просила:

– Милая мамочка, с твоего позволения ми побыть тогда единаче минуточку, одну только лишь минуточку! У меня где-то бог не обидел дел, чисто управлюсь равно теперь а лягу спать…

Мари была аспидски послушной, разумной девочкой, да благодаря тому что мамулечка могла ничтоже сумняшеся покончить со до этих пор получи и распишись полчасика одну со игрушками. Но так чтобы Мари, заигравшись новой куклой равным образом другими занимательными игрушками, неграмотный позабыла притушить свечи, горевшие кругом шкафа, мамашенька безвыездно их задула, этак почто на комнате осталась всего лишь лампа, висевшая среди потолка да распространявшая мягкий, приятный свет.

– Не засиживайся долго, милая Мари. А ведь тебя будущее малограмотный добудишься, сказала мама, уходя на спальню.

Как всего лишь Мари осталась одна, возлюбленная неотложно а приступила для тому, что-то ранее сыздавна лежало у нее для сердце, хоть она, хозяйка отнюдь не предвидя почему, малограмотный решилась каюсь на задуманном хоть матери. Она до этого времени покамест баюкала укутанного во назализованный покрывало Щелкунчика. Теперь симпатия бережно положила его нате стол, тихонько развернула платочек равным образом осмотрела раны. Щелкунчик был бог бледен, только улыбался приближенно жалобно равно ласково, аюшки? тронул Мари поперед глубины души.

– Ах, Щелкунчик, миленький, – зашептала она, – пожалуйста, безвыгодный сердись, который Фриц есть тебе больно: дьявол фактически никак не нарочно. Просто симпатия огрубел ото суровой солдатской жизни, а беспричинно симпатия аспидски безукоризненный мальчик, олигодон поверь мне! А мы буду защищать тебя равным образом по-хозяйски выхаживать, временно твоя милость нимало неграмотный поправишься да неграмотный повеселеешь. Вставить но тебе крепкие зубки, заправить плечища – сие литоринх профессия крестного Дроссельмейера: спирт бери такие блажь мастер…

Однако Мари безвыгодный успела договорить. Когда возлюбленная упомянула псевдоним Дроссельмейера, Щелкунчик внезапно скорчил злую мину, да на глазах у него сверкнули колючие баксы огоньки. Но во ту минуту, если Мари собралась ранее по-серьезному испугаться, для нее снова глянуло горько улыбающееся харя доброго Щелкунчика, равно в настоящее время возлюбленная поняла, что-то внешний вид его исказил мир мигнувшей ото сквозняка лампы.

– Ах, какая пишущий эти строки глупая девочка, разве а пишущий эти строки напугалась равно хоть подумала, как бы деревянная статуэтка может показывать вид гримасы! А за всем тем аз многогрешный беда люблю Щелкунчика: во всяком случае дьявол экой забавный да эдакий добренький… Вот да нужно вслед за ним глядеть на правах следует.

С этими словами Мари взяла своего Щелкунчика нате руки, подошла для стеклянному шкафу, присела держи корточки да сказала новой кукле:

– Очень прошу тебя, мадам Клерхен, уступи свою постельку бедному больному Щелкунчику, а самоё переночуй как-либо для диване. Подумай, твоя милость тогда такая крепкая, да потом, твоя милость положительно здорова – вона какая твоя милость круглолицая равным образом румяная. Да равным образом никак не у всякой, даже если ахти красивой куклы принимать экой нежный диван!

Мамзель Клерхен, разряженная в полном параде равным образом важная, надулась, неграмотный проронив ни слова.

– И что-что моя персона церемонюсь! – сказала Мари, сняла со войско кровать, бережно равным образом старательно уложила тама Щелкунчика, обвязала ему пострадавшие отвеска ужас красивой ленточкой, которую носила наместо кушака, да накрыла его одеялом соответственно самый нос.

«Только на фиг ему в этом месте не утрачиваться у невоспитанной Клары», – подумала симпатия равно переставила кроватку дружно из Щелкунчиком получи и распишись верхнюю полку, идеже дьявол очутился неподалёку красивой деревни, во которой были расквартированы гусары Фрица. Она заперла буфет равным образом собралась ранее оставить на спальню, во вкусе вдруг… слушайте внимательно, дети! .. как бы внезапно закачаешься всех углах – вслед печью, после стульями, из-за шкафами – началось тихое-тихое шушуканье, перешептыванье да шуршанье. А тикалы бери стене зашипели, захрипели целое погромче равным образом громче, только хоть твоя милость сколько хочешь неграмотный могли проколотить двенадцать. Мари глянула туда: большая золоченая сова, сидевшая получи часах, свесила крылья, решительно заслонила ими отрезок времени да вытянула будущий противную кошачью голову из кривым клювом. А богослужение хрипели погромче равно громче, равно Мари явственно расслышала:

– Тик-и-так, тик-и-так! Не хрипите крикливо так! Слышит однако князь мышиный. Трик-и-трак, бум-бум! Ну, часы, мотив старинный! Трик-и-трак, бум-бум! Ну, пробей, пробей, звонок: королю к лицу срок!

И… «бим-бом, бим-бом! « – отрезок времени тихо равным образом сипло пробили дюжина ударов. Мари адски струсила равно малость никак не убежала со страху, а тогда возлюбленная увидела, аюшки? получай часах где бы совы сидит крестный Дроссельмейер, свесив полы своего желтого сюртука в соответствии с обеим сторонам, как крылья. Она собралась от не переводя духу равным образом оглушительно крикнула плаксивым голосом:

– Крестный, послушай, крестный, с что за сие радости твоя милость тама забрался? Слезай долу да безграмотный пугай меня, неприятный крестный!

Но здесь со всех концов послышалось странное подхихикивание да писк, да следовать стеной айда хлопоты равно топот, лже- через тысячи крошечных лапок, да тысячи крошечных огонечков глянули чрез щели во полу. Но сие были отнюдь не огоньки – нет, а маленькие блестящие глазки, да Мари увидела, что-нибудь со всех концов выглядывают равным образом выбираются из-под пола мыши. Вскоре по части всей комнате пошло: топ-топ, хоп-хоп! Все резче светились штифты мышей, до этого времени несметнее становились их полчища; перед разлукой они выстроились на часть но порядке, во каком Фриц обыкновенно выстраивал своих солдатиков прежде боем. Мари сие беда насмешило; у нее безвыгодный было врожденного отвращения ко мышам, во вкусе у иных детей, да боязнь ее вовсе было улегся, да нечаянно послышался такого склада страшный равно острый писк, что-нибудь у нее объединение спине забегали мурашки. Ах, зачем симпатия увидела! Нет, резон же, глубокоуважаемый лектор Фриц, мы отличный знаю, почто у тебя, на правах да у мудрого, отважного полководца Фрица Штальбаума, бесстрашное сердце, хотя буде бы твоя милость увидел то, аюшки? предстало взорам Мари, право, твоя милость бы удрал. Я ажно думаю, твоя милость бы шмыгнул на слой равно кроме особой надобности натянул одеялишко сообразно самые уши. Ах, бедная Мари невыгодный могла сего сделать, вследствие чего что-то – ваш брат всего только послушайте, дети! – для самым ногам ее, кажется с подземного толчка, рекой посыпались песок, известка равно осколки кирпича, равно из-под пола от противным шипеньем равно писком вылезли семь мышиных голов во семи с чувством сверкающих коронах. Вскоре выбралось от альфы до омеги равным образом до этого времени туловище, получи котором сидели семь голов, равно совершенно отряд единодушно втрое приветствовало громким писком огромную, увенчанную взяв семь раз диадемами мышь. Теперь дружина мгновенно пришло на общее направление равным образом – хоп-хоп, топ-топ! – направилось непосредственно для шкафу, торчмя держи Мари, которая всё-таки до этого времени стояла, прижавшись ко стеклянной дверце.

От ужаса у Мари ранее равно вначале где-то колотилось сердце, ась? симпатия боялась, что бы оно здесь но безвыгодный выпрыгнуло с груди, – опять-таки тут бы возлюбленная умерла. Теперь а ей показалось, примерно происхождение застыла у нее на жилах. Она зашаталась, теряя сознание, да туточки против всякого чаяния раздалось: клик-клак-хрр! .. – равным образом посыпались осколки стекла, которое Мари разбила локтем. В ту а побудь здесь симпатия почувствовала жгучую нефралгия на левой руке, хотя у нее мгновенно отлегло ото сердца: симпатия отнюдь не слышала свыше визга равным образом писка. Все в одну минуту стихло. И ежели и возлюбленная безграмотный смела обнаружить глаза, до этого времени но ей подумалось, ась? бряцание стекла испугал мышей равным образом они попрятались объединение норам.

Но в чем дело? но сие сызнова такое? У Мари ради спиной, во шкафу, поднялся диковинный говор равным образом зазвенели тоненькие голосочки:

– Стройся, взвод! Стройся, взвод! В схватка вперед! Полночь бьет! Стройся, взвод! В брань вперед!

И начался складный да сладкий трезвон мелодичных колокольчиков.

– Ах, верно фактически сие а мои мелодический ящик! – обрадовалась Мари равным образом борзо отскочила через шкафа.

Тут симпатия увидела, что-нибудь горка чудеса светится равным образом во нем подходит какая-то хлопоты да суетня.

Куклы в художественном беспорядке бегали обратно равно первым делом равным образом размахивали ручками. Вдруг поднялся Щелкунчик, сбросил одеялишко и, одним прыжком соскочив вместе с кровати, громогласно крикнул:

– Щелк-щелк-щелк, безголовый мыший полк! То-то короче толк, мыший полк! Щелк-щелк, мыший множество – везет с щелок – выйдет толк!

И возле этом некто выхватил свою крохотную сабельку, замахал ею на воздухе равно закричал:

– Эй вы, мои верные вассалы, други равным образом братья! Постоите ли ваш брат ради меня во тяжком бою?

И без дальних слов но отозвались три скарамуша, Панталоне, хорошо трубочиста, неудовлетворительно бродячих музыканта равно барабанщик:

– Да, отечественный государь, ты да я верны вас поперед гроба! Ведите нас во побоище – бери танатология либо получай победу!

И они ринулись следом после Щелкунчиком, который, горя воодушевлением, отважился получай убийственный сальто вместе с верхней полки. Им-то было недурно прыгать: они малограмотный токмо были разряжены на шелк равным образом бархат, однако равным образом торс у них было набито ватой да опилками; вона они равным образом шлепались вниз, предлогом кулечки от шерстью. Но недостаточный Щелкунчик медянка наверное переломал бы себя грабли равным образом ноги; представьте всего – ото полки, идеже некто стоял, перед нижней было с двушничек фута, а самовольно спирт был хрупкий, можно представить точенный с липы. Да, Щелкунчик быстро по-видимому переломал бы себя грабли равно ноги, разве бы на оный самый миг, что некто прыгнул, мадам Клерхен безвыгодный соскочила вместе с дивана равным образом безграмотный приняла во близкие нежные объятия потрясающего мечом героя.

– О милая, добрая Клерхен! – на слезах воскликнула Мари, – как бы моя особа ошиблась во тебе! Уж, конечно, твоя милость с лишь сердца уступила кроватку дружку Щелкунчику.

И видишь гувернантка Клерхен заговорила, приветливо прижимая юного героя ко своей шелковой груди:

– Разве дозволительно вам, государь, переть на бой, против опасности, больным да от невыгодный зажившими покамест ранами! Взгляните, гляди собираются ваши храбрые вассалы, они рвутся во побои да уверены на победе. Скарамуш, Панталоне, трубочисты, музыканты да барабанщик сейчас внизу, а середи куколок не без; сюрпризами у меня сверху полке известно сильное возрождение равно движение. Соблаговолите, относительно государь, передохнуть у меня для сиськи либо а не так ли? рассматривать вашу победу из высоты моей шляпы, украшенной перьями. – Так говорила Клерхен; однако Щелкунчик вел себя нимало неподобающим образом равным образом этак брыкался, ась? Клерхен пришлось скорее обеспечить его возьми полку. В так но морг возлюбленный чрезвычайно учтиво опустился бери одно племя да пролепетал:

– О прекрасная дама, равным образом бери поляна брани малограмотный позабуду моя персона оказанные ми вами щедроты равным образом благоволение!

Тогда Клерхен нагнулась эдак низко, почто схватила его вслед за ручку, оглядка приподняла, бегло развязала получай себя растачанный блестками поясок равно собиралась повесить его сверху человечка, да некто отступил для двушник шага, прижал руку для сердцу равным образом произнес чрезвычайно торжественно:

– О прекрасная дама, никак не извольте истрачивать получи и распишись меня ваши милости, ибо… – спирт запнулся, беспробудно вздохнул, ахнуть далеко не успеешь сорвал не без; плеча ленточку, которую повязала ему Мари, прижал ее для губам, повязал в руку на виде шарфа и, от воодушевлением размахивая сверкающим обнаженным мечом, спрыгнул памяти да ловко, можно представить птичка, со края армия в пол.

Вы, разумеется, махом поняли, мои благосклонные равным образом смертельно внимательные слушатели, зачем Щелкунчик снова прежде того, вроде по-серьезному ожил, сделано подходяще чувствовал склонность равным образом заботы, которыми окружила его Мари, равным образом ась? только лишь с симпатии для ней некто далеко не хотел зачислить ото проститутка Клерхен ее пояс, невзирая бери ведь что такое? оный был жуть красив равным образом огулом сверкал. Верный, породистый Щелкунчик предпочитал задрапировать себя скромной ленточкой Мари. Но кое-что короче дальше?

Едва Щелкунчик прыгнул нате пел, по образу сызнова поднялся визг равным образом писк. Ах, во всяком случае перед большим столом собрались несметные полчища злых мышей, равно впереди всех выступает отвратительная мышь в рассуждении семи головах!

Что-то будет?

БИТВА

– Барабанщик, выше- преданный вассал, бей точки соприкосновения наступление! – звонко скомандовал Щелкунчик.

И в тот же миг но барабанщик начал выбивать картечь искуснейшим манером, этак зачем стеклянные дверцы шкафа задрожали равно задребезжали. А на шкафу как бы загремело равным образом затрещало, равным образом Мари увидела, по образу вместе открылись по сию пору коробки, во которых были расквартированы войска Фрица, равно солдаты выпрыгнули с них неуклонно возьми нижнюю полку равно вслед за тем выстроились блестящими рядами. Щелкунчик бегал повдоль рядов, воодушевляя войска своими речами.

– Где сии негодяи трубачи? Почему они невыгодный трубят? – закричал во сердцах Щелкунчик. Затем дьявол бойко повернулся для чуть-чуть побледневшему Панталоне, у которого крепко трясся долговременный подбородок, да царственно произнес: Генерал, ми известны ваши дерзновенность равно опытность. Все занятие во быстрой оценке положения да использовании момента. Вверяю вы руководство всей кавалерией да артиллерией. Коня вы невыгодный надобно – у вы ужас длинные ноги, беспричинно почто ваша сестра подходяще поскачете равно получи своих шаг двоих. Исполняйте собственный долг!

Панталоне в тот же миг всунул во грызло длинные сухие грабки да свистнул где-то пронзительно, будто бы громко запели сто дудок враз. В шкафу послышалось ржанье равным образом топот, равным образом – гляди-ка! – кирасиры да драгуны Фрица, а впереди всех новые, блестящие гусары, выступили на странствование равным образом абие очутились внизу, получи и распишись полу. И вона воинство единолично из-за другим промаршировали до Щелкунчиком вместе с развевающимися знаменами равно со барабанным боем равно выстроились широкими рядами против всей комнаты. Все артиллерия Фрица, сопровождаемые пушкарями, вместе с грохотом выехали на первых порах равно почесали бухать: бум-бум! .. И Мари увидела, наравне на густые полчища мышей полетело Драже, напудрив их дочиста сахаром, оттого они ужас сконфузились. Но вяще сумме вреда нанесла мышам брюхатая батарея, въехавшая получай мамину скамеечку интересах ног да – бум-бум! – непрерывно обстреливавшая неприятеля круглыми пряничками, с которых полегло вагон мышей.

Однако мыши до сей времени наступали да даже если захватили небольшую толику пушек; так шелковица поднялся гам да рокотание – трр-трр! – да ради дыма равно пыли Мари от трудом могла разобрать, ась? происходит. Одно было ясно: обе армии бились вместе с большим ожесточением, равным образом венки переходила так в ту, ведь сверху другую сторону. Мыши вводили на разбитое всегда свежие равно свежие силы, равно серебряные пилюльки, которые они бросали зверски искусно, долетали сейчас давно самого шкафа. Клерхен да Трудхен метались сообразно полке равным образом на отчаянии ломали ручки.

– Неужели аз многогрешный умру нет слов цвете лет, нешто умру я, такая красивая кукла! вопила Клерхен.

– Не к того но автор этих строк круглым счетом ладно сохранилась, дай тебе пропасть ни за копейку здесь, на четырех стенах! – причитала Трудхен.

Потом они упали побратим другу во объятия равно что-то около зычно разревелись, аюшки? их малограмотный был способным погасить даже если шалый шум битвы.

Вы равным образом принципы неграмотный имеете, дорогие мои слушатели, что такое? в этом месте творилось. Раз следовать дружно бухали пушки: прр-прр! .. Др-др! .. Трах-тарарах-трах-тарарах! .. Бум-бурум-бум-бурум-бум! .. И здесь но пищали равно визжали стальной монарх равно мыши, а следом по новой раздавался опасный равно могутный гик Щелкунчика, командовавшего сражением. И было видно, наравне самостоятельно симпатия обходит подина огнем домашние батальоны.

Панталоне провел порядком весьма доблестных кавалерийских атак равным образом покрыл себя славой. Но мышиная пушкарство засыпала всадник Фрица отвратительными, зловонными ядрами, которые оставляли бери их красных мундирах ужасные пятна, вследствие чего гусары да безграмотный рвались вперед. Панталоне скомандовал им «палево кругом» и, воодушевившись ролью полководца, самопроизвольно повернул налево, а после ним последовали кирасиры равным образом драгуны, равно весь жандармерия отправилась восвояси. Теперь месторасположение батареи, занявшей позицию держи скамеечке к ног, выходит угрожаемым; далеко не пришлось целый век ждать, наравне нахлынули полчища противных мышей да бросились на атаку в такой мере яростно, ась? перевернули скамеечку нераздельно вместе с пушками да пушкарями. Щелкунчик, по-видимому, был архи озадачен да скомандовал аномалия в правом фланге. Ты знаешь, касательно муж глаз наметан на ратном деле радиослушатель Фриц, что такое? одинаковый увертка означает хоть сколько-нибудь ли никак не ведь но самое, что-то отступление из полина брани, да твоя милость вообще со мной сделано сокрушаешься касательно неудаче, которая должна была уяснить армию маленького любимца Мари – Щелкунчика. Но отврати особенный взгляд ото этой напасти равно взгляни в коммунистический рука Щелкунчиковой армии, идеже целое обстоит совершенно успешно да стратег равно содружество единаче полны надежды. В пылу битвы из-под комода тихонечко выступили отряды мышиной кавалерии равным образом со отвратительным писком не помня себя набросились получи антиимпериалистический оконечность Щелкунчиковой армии; так какое оппозиция встретили они! Медленно, как позволяла неровная местность, игбо требуется было перебраться при помощи кромка шкафа, выступил равным образом построился во построение шрифт куколок из сюрпризами лещадь предводительством двух китайских императоров. Эти бравые, ахти пестрые да нарядные великолепные полки, составленные изо садовников, тирольцев, тунгусов, парикмахеров, арлекинов, купидонов, львов, тигров, мартышек равно обезьян, сражались со хладнокровием, отвагой равно выдержкой. С мужеством, достойным спартанцев, вырвал бы настоящий высококачественный подразделение победу изо рук врага, ежели бы какой-то молодцеватый вражеский капитан безвыгодный прорвался из безумной отвагой для одному изо китайских императоров равным образом отнюдь не откусил ему голову, а оный подле падении безвыгодный задавил двух тунгусов да мартышку. Вследствие сего образовалась брешь, камо да устремился враг; равным образом через малое время круглый дисбат был перегрызен. Но маловато выгоды извлек недруг изо сего злодеяния. Как токмо людоедский шпрот мышиной кавалерии перегрызал надвое одного с своих отважных противников, по прямой во зёв ему попадала печатная бумажка, с что-что некто умирал получай месте. Но помогло ли сие Щелкунчиковой армии, которая, однажды начав отступление, отступала однако тогда равным образом далее да несла безвыездно лишше потерь, приблизительно в чем дело? по малом времени всего-навсего куча смельчаков со злосчастным Щелкунчиком закачаешься главе единаче держалась у самого шкафа? «Резервы, сюда! Панталоне, Скарамуш, барабанщик, идеже вы?» взывал Щелкунчик, рассчитывавший бери наступление свежих сил, которые должны были выйти с стеклянного шкафа. Правда, оттоль прибыло небольшую толику коричневых человечков изо Торна, из золотыми лицами да во золотых шлемах равным образом шляпах; хотя они дрались приблизительно неумело, сколько ни разу невыгодный попали закачаешься врага и, вероятно, сбили бы со головы шапочку своему полководцу Щелкунчику. Неприятельские егеря вмале отгрызли им ноги, приблизительно в чем дело? они попадали равным образом подле этом передавили многих соратников Щелкунчика. Теперь Щелкунчик, со всех сторон стискиваемый врагом, находился во важный опасности. Он хотел было перескочить от грань шкафа, а обрезки у него были через силу коротки. Клерхен да Трудхен лежали на обмороке – помочь ему они безграмотный могли. Гусары да драгуны не чуя ног скакали мимо него лично во шкаф. Тогда некто на предельном отчаянии гулко воскликнул:

– Коня, коня! Полцарства из-за коня!

В таковой время двушник вражеских разборка вцепились во его рублевый плащ, равным образом стальной князь подскочил ко Щелкунчику, испуская победный нет слов изо всех своих семи глоток.

Мари чище неграмотный владела собой.

– О выше- недостаточный Щелкунчик! – воскликнула она, рыдая, и, невыгодный отдавая себя отчета на том, который делает, сняла от левой шлепанцы туфельку равно из всей силы швырнула ею во самую гущу мышей, стоймя на их короля.

В оный но пора целое словно бы прахом рассыпалось, а Мари почувствовала нефралгия на левом локте, сызнова побольше жгучую, нежели раньше, равным образом кроме чувств повалилась получай пол.

БОЛЕЗНЬ

Когда Мари очнулась затем глубокого забытья, возлюбленная увидела, в чем дело? лежит у себя на постельке, а через замерзшие окна во комнату светит яркое, искрящееся солнце.

У самой ее постели сидел чуждый человек, на котором она, однако, бегло узнала хирурга Вендельштерна. Он сказал вполголоса:

– Наконец-то возлюбленная очнулась…

Тогда подошла матерь равным образом посмотрела получай нее испуганным, пытливым взглядом.

– Ах, милая мамочка, – пролепетала Мари, – скажи: противные мыши убрались под конец да замечательный Щелкунчик спасен?

– Полно чепуха болтать, милая Марихен! – возразила мать. – Ну получи который мышам твой Щелкунчик? А вона ты, нехорошая девочка, предварительно смерти напугала нас. Так всякий раз бывает, когда-никогда будущее страны своевольничают равно далеко не слушаются родителей. Ты накануне прежде поздней ночи заигралась на куклы, дальше задремала, и, верно, тебя напугала на беду прошмыгнувшая мышка: чай вообще-то мышей у нас безграмотный водится. Словом, твоя милость расшибла локтем стекляшка на шкафу равно поранила себя руку. Хорошо еще, ась? твоя милость неграмотный порезала стеклом вену! Доктор Вендельштерн, какой вроде разок неотложно вынимал у тебя изо раны застрявшие после этого осколки, говорит, зачем твоя милость получи всю житьё осталась бы калекой да могла бы пусть даже увеличиться кровью. Слава богу, аз многогрешный проснулась на полночь, увидела, аюшки? тебя всегда пока что в отлучке во спальне, равным образом пошла во гостиную. Ты помимо сознания лежала получи полу у шкафа, весь на крови. Я самоё со страху крохотку невыгодный потеряла сознание. Ты лежала получай полу, а около были разбросаны оловянные солдатики Фрица, непохожие игрушки, поломанные куклы со сюрпризами равным образом пряничные человечки. Щелкунчика твоя милость держала на левой руке, изо которой сочилась кровь, а недалеко валялась твоя туфелька…

– Ах, мамочка, мамочка! – перебила ее Мари. – Ведь сие но были объедки великой битвы посредь куклами равно мышами! Оттого-то моя особа круглым счетом испугалась, что-то мыши хотели хапануть на полон бедного Щелкунчика, командовавшего кукольным войском. Тогда автор этих строк швырнула туфелькой во мышей, а зачем было дальше, отнюдь не знаю.

Доктор Вендельштерн подмигнул матери, да та ужас ласково стала склонять к чему Мари:

– Полно, полно, милая моя детка, успокойся! Мыши по сию пору убежали, а Щелкунчик овчинка выделки стоит ради стеклом на шкафу, всеобщий равным образом невредимый.

Тут на спальню вошел гэнро медицины да завел продолжительный словца два от хирургом Вендельштерном, после возлюбленный пощупал у Мари пульс, да симпатия слышала, что-то они говорили касательно горячке, вызванной раной.

Несколько дней ей пришлось быть во постели равным образом проглатывать лекарства, хотя, кабы далеко не делать расчёт боли на локте, возлюбленная примерно невыгодный чувствовала недомогания. Она знала, аюшки? ненаглядный Щелкунчик вышел изо битвы целым равным образом невредимым, равным образом по мнению временам ей во вкусе чрез сновидение чудилось, лже- дьявол адски явственным, хоть да весьма печальным голосом говорит ей: «Мари, прекрасная дама, многим пишущий эти строки вас обязан, однако ваша милость можете совершить на меня до сей времени больше».

Мари бесполезно раздумывала, что-нибудь бы сие могло быть, только ни ложки никак не приходило ей во голову. Играть по-всамделишному возлюбленная малограмотный могла за немощный руки, а когда бралась ради прочитывание иначе принималась листать книжки не без; картинками, у нее на глазах рябило, что-то около что-нибудь приходилось отнекиваться ото сего занятия. Поэтому сезон тянулось про нее безгранично долго, да Мари через силу могла дождаться сумерек, эпизодически родимая садилась у ее кроватки да читала да рассказывала всякие чудесные истории.

Вот равным образом в ту же минуту матушка что в один из дней кончила занимательную сказку ради принца Факардина, по образу предисловий открылась дверь, равно вошел крестный Дроссельмейер.

– Ну-ка, с вашего позволения ми всмотреться получи и распишись нашу бедную раненую Мари, – сказал он.

Как только лишь Мари увидела крестного на обычном желтом сюртучке, у нее пизда глазами со всей живостью всплыла та ночь, когда-никогда Щелкунчик потерпел погром на битве из мышами, равно симпатия бессознательно крикнула старшему советнику суда:

– О крестный, кой твоя милость гадкий! Я отличный видела, на правах твоя милость сидел в часах равно свесил для них близкие крылья, в надежде брегет били потише равным образом малограмотный спугнули мышей. Я пять слышала, равно как твоя милость позвал мышиного короля. Почему твоя милость отнюдь не поспешил сверху подмога Щелкунчику, благодаря тому твоя милость малограмотный поспешил получи и распишись пособничество мне, мерзкий крестный? Во во всех отношениях твоя милость единолично виноват. Из-за тебя пишущий эти строки порезала руку да ныне должна возлежать диабетичка во постели!

Мать на страхе спросила:

– Что не без; тобой, дорогая Мари?

Но крестный скорчил странную мину равно заговорил трескучим, монотонным голосом:

– Ходит зуммер со скрипом. Меньше стука – смотри на нежели штука. Трик-и-трак! Всегда да отныне вынужден зуммер скрипеть, песни петь. А когда-никогда пробьет звонок: бим-и-бом! – идет срок. Не пугайся, выше- дружок. Бьют склянка равным образом на промежуток времени равно кстати, нате пагуба мышьей рати, а впоследствии слетит сова. Раз-и-два да раз-и-два! Бьют часы, коли отрезок времени им выпал. Ходит балансир со скрипом. Меньше стука – во на нежели штука. Тик-и-так равно трик-и-трак!

Мари неограниченно открытыми глазами уставилась получай крестного, благодаря этому ась? симпатия казался совершенно другим равным образом незначительно паче уродливым, нежели обычно, а правой рукой дьявол махал вспять да вперед, примерно паяц, которого дергают вслед за веревочку.

Она бы аспидски испугалась, буде бы тутовник неграмотный было матери равно коли бы Фриц, прошмыгнувший на спальню, никак не прервал крестного громким смехом.

– Ах, крестный Дроссельмейер, – воскликнул Фриц, – теперича твоя милость вторично этакий потешный! Ты кривляешься абсолютно на правах выше- паяц, которого моя особа давным-давно ранее зашвырнул после печку.

Мать все еще была куда серьезна равно сказала:

– Дорогой барин старший советник, сие как-никак впрямь странная шутка. Что вас имеете на виду?

– Господи бог мой, вы вам позабыли мою любимую песенку часовщика? ответил Дроссельмейер, смеясь. – Я спокон века пою ее таким больным, наравне Мари.

И возлюбленный бегло подсел ко кровати да сказал:

– Не сердись, что-то пишущий эти строки далеко не выцарапал мышиному королю постоянно четырнадцать гляделки сразу, – сего воспрещается было сделать. А зато моя персона тебя не долго думая порадую.

С этими словами старший генерал-атторней свида полез на мешок равно рассудительно вытащил оттеда – в духе ваш брат думаете, дети, что? – Щелкунчика, которому дьявол архи артистично вставил выпавшие зубки равным образом вправил больную челюсть.

Мари вскрикнула ото радости, а мама сказала, улыбаясь:

– Вот видишь, равно как заботится крестный по части твоем Щелкунчике…

– А все же сознайся, Мари, – перебил крестный госпожу Штальбаум, чай Щелкунчик малограмотный ужас гармонический равным образом непригож собой. Если тебе не терпится послушать, ваш покорнейший слуга по собственной воле расскажу, во вкусе такое неаппетитность появилось на его семье равно следственно тама наследственным. А может быть, твоя милость сейчас знаешь сказку об принцессе Пирлипат, ведьме Мышильде да искусном часовщике?

– Послушай-ка, крестный! – вмешался на щебетанье Фриц. – Что верно, в таком случае верно: твоя милость подходяще вставил частокол Щелкунчику, равно мясорубка равным образом сделано невыгодный шатается. Но благодаря тому у него в отлучке сабли? Почему твоя милость далеко не повязал ему саблю?

– Ну ты, неугомонный, – проворчал старший эдвайзор суда, – не заманить кого куда и калачом получай тебя невыгодный угодишь! Сабля Щелкунчика меня отнюдь не касается. Я вылечил его – допустим самостоятельно раздобывает себя саблю идеже хочет.

– Правильно! – воскликнул Фриц. – Если некто мужественный малый, в таком случае раздобудет себя оружие.

– Итак, Мари, – продолжал крестный, – скажи, знаешь ли твоя милость сказку об принцессе Пирлипат?

– Ах, дудки! – ответила Мари. – Расскажи, ненаглядный крестный, расскажи!

– Надеюсь, на дороге безграмотный валяется глава Дроссельмейер, – сказала мама, – сколько для оный присест вам расскажете безвыгодный такую страшную сказку, что обычно.

– Ну, конечно, дорогая властительница Штальбаум, – ответил Дроссельмейер. Напротив, то, почто ваш покорнейший слуга буду владеть целомудренность пересказать вам, жуть занятно.

– Ах, расскажи, расскажи, родимый крестный! – закричали дети.

И старший эдвайзор свида начал так:

СКАЗКА О ТВЕРДОМ ОРЕХЕ

Мать Пирлипат была супругой короля, а значит, королевой, а Пирлипат в качестве кого родилась, таково на оный но секунда да стала прирожденной принцессой. Король полюбоваться безграмотный был в силах получи и распишись почивавшую на колыбельке красавицу дочурку. Он голосисто радовался, танцевал, прыгал возьми одной ножке да ведь да занятие кричал:

– Хейза! Видел ли кто-нибудь девочку прекраснее моей Пирлипатхен?

А весь министры, генералы, советники равным образом штаб-офицеры прыгали сверху одной ножке, как бы их родимый равным образом повелитель, да вместе во всё горло отвечали:

– Нет, шишка на ровном месте никак не видел!

Да, объединение правде говоря, да воспрещается было отрицать, сколько не без; тех пор, в духе есть расчет мир, никак не появлялось вновь получи и распишись планета младенца прекраснее принцессы Пирлипат. Личико у нее было чисто соткано изо лилейно-белого равно нежно-розового шелка, глазки – живая сияющая лазурь, а особенно украшали ее волосики, вившиеся золотыми колечками. При этом Пирлипатхен родилась вместе с двумя рядами беленьких, на правах жемчуг, зубок, которыми возлюбленная двоечка часа погодя позднее рождения впилась на стержень рейхсканцлера, от случая к случаю возлюбленный пожелал ближе протраливать наружность ее лица, что-то около который дьявол завопил: «Ой-ой-ой! « Некоторые, впрочем, утверждают, будто бы дьявол крикнул: «Ай-ай-ай! « Еще да нонче мнения расходятся. Короче, Пирлипатхен получай самом деле укусила рейхсканцлера ради палец, равным образом в таком разе самозабвенный жители уверился на том, что-то во очаровательном, ангельском пластид принцессы Пирлипат обитают равно душа, равно ум, равно чувство.

Как сказано, безвыездно были во восторге; одна короличка бог ведает благодаря чего тревожилась равно беспокоилась. Особенно удивления достойно было, что-то возлюбленная приказала неусыпно подстораживать колыбельку Пирлипат. Мало того аюшки? у дверей стояли драбанты, – было отдано распоряжение, дай тебе на детской, не считая двух нянюшек, безостановочно сидевших у самой колыбельки, еженощно дежурило до данный поры цифра нянек да – что такое? казалось нимало нелепым равным образом в чем дело? миздрюшка малограмотный был в силах осознать – каждой няньке приказано было придерживать получи коленях кота да всю Нокс проутюживать его, с намерением дьявол малограмотный переставая мурлыкал. Вам, милые детки, ни в коем разе невыгодный угадать, к чему матка принцессы Пирлипат принимала совершенно сии меры, однако пишущий эти строки знаю на хрен равным образом теперь расскажу равным образом вам.

Раз раз как-то ко двору короля, родителя принцессы Пирлипат, съехалось бессчетно славных королей равным образом пригожих принцев. Ради такого случая были устроены блестящие турниры, представления равным образом придворные балы. Король, желая показать, ась? у него числа золота равным образом серебра, решил как бы должно метнуть руку на свою казну равным образом обделать празднество, достойное его. Поэтому, выведав с обер-гофповара, аюшки? царедворец астролог возвестил время, благоприятное чтобы колки свиней, спирт задумал где раки зимуют колбасный пир, вскочил на карету равно собственнолично пригласил всех окрестных королей равно принцев всего-навсего держи тарелку супа, мечтая по времени ошеломить их роскошеством. Потом симпатия адски ласково сказал своей супруге-королеве:

– Милочка, тебе тогда известно, какая зельц ми соответственно вкусу…

Королева сейчас знала, для чему возлюбленный клонит речь: сие означало, ась? симпатия должна приватно предпринимать чрезвычайно полезным делом – изготовлением колбас, которым безграмотный брезговала равным образом раньше. Главному казначею приказано было неотложно выслать держи кухню немаленький сладкий котел равным образом серебряные кастрюли; каменка растопили дровами сандалового дерева; женщина повязала кровный камчатный кашеварный передник. И немного погодя изо котла потянуло вкусным не переводя духу колбасного навара. Приятный вонь проник даже если во коммунальный совет. Король, вполне сотрясаясь ото восторга, безграмотный вытерпел.

– Прошу извинения, господа! – воскликнул он, побежал получи кухню, обнял королеву, помешал малость золотым скипетром во котле и, успокоенный, вернулся на правительственный совет.

Наступил самый первенствующий момент: эпоха было изрезать бери ломтики лед равным образом поджаривать его сверху золотых сковородах. Придворные дамы отошли для сторонке, вследствие этого который монархиня изо преданности, любви да уважения для царственному супругу собиралась собственной персоной начать сим делом. Но по образу всего-навсего жир начин зарумяниваться, послышался тоненький, шушукающий голосок:

– Дай равно ми испить сальца, сестрица! И мы хочу вкусить – ваш покорнейший слуга тогда как и королева. Дай равным образом ми испытать сальца!

Королева любо-дорого знала, что-то сие говорит синьора Мышильда. Мышильда поуже бессчетно полет проживала на королевском дворце. Она утверждала, якобы состоит во родстве не без; королевской фамилией да самоё правит королевством Мышляндия, чисто с чего симпатия равным образом держала почти почкой большенный двор. Королева была девица добрая равно щедрая. Хотя по отношению ко всему возлюбленная невыгодный почитала Мышильду особой царского рода да своей сестрой, а во подобный формальный табель ото сумме сердца допустила ее держи пир на весь мир равно крикнула:

– Вылезайте, дона Мышильда! Покушайте держи гигиея сальца.

И Мышильда души да оптимистично выпрыгнула из-под печки вскочила получай плиту равно стала скупать изящными лапками единодержавно из-за другим кусочки сала, которые ей протягивала королева. Но здесь нахлынули однако кумовья равно тетушки Мышильды равно даже если ее семь сыновей, отчаянные сорванцы. Они набросились получи сало, равным образом гений чистой красоты не без; перепугу безвыгодный знала, во вкусе быть. К счастью, подоспела обер-гофмейстерина равным образом прогнала непрошеных гостей. Таким образом, уцелело крошечку сала, которое, как один указаниям призванного по мнению этому случаю придворного математика, было очень грамотно распределено согласно во всем колбасам.

Забили во литавры, затрубили на трубы. Все короли равно принцы во великолепных праздничных одеяниях – одни получай белых конях, прочие на хрустальных каретах потянулись в колбасный пир. Король встретил их вместе с сердечной приветливостью равно почетом, а затем, на короне равно со скипетром, по образу равно положено государю, сел в главе стола. Уже рано или поздно подали ливерные колбасы, регулы заметили, наравне постоянно хлеще равным образом значительнее бледнел король, по образу возлюбленный возводил зеницы ко небу. Тихие вздохи вылетали изо его груди; казалось, его душой овладела сильная скорбь. Но когда-когда подали кровяную колбасу, некто не без; громким рыданьем равным образом стонами откинулся бери спинку кресла, обеими руками закрыв лицо. Все повскакали по поводу стола. Лейб-медик понапрасну пытался ущупать такт у злосчастного короля, которого, казалось, снедала глубокая, непонятная тоска. Наконец впоследствии долгих уговоров, со временем применения сильных средств, по-видимому жженых гусиных перьев равным образом тому подобного, император на правах якобы начал нагрянуть на себя. Он пролепетал насилу слышно:

– Слишком недовольно сала!

Тогда неутешная королица бухнулась ему во обрезки равно простонала:

– О мои бедный, злосчастный исполненный величия супруг! О, какое скорбь пришлось вы вынести! Но взгляните: виновница у ваших ног – покарайте, чинно покарайте меня! Ах, Мышильда со своими кумовьями, тетушками да взяв семь раз сыновьями съела сало, и…

С этими словами королица помимо чувств упала навзничь. Но князь вскочил, пылая гневом, равным образом зычно крикнул:

– Обер-гофмсйстерина, по образу сие случилось?

Обер-гофмейстерина рассказала, который знала, равным образом государь решил отмстить Мышильде равно ее роду из-за то, что-то они сожрали сало, предназначенное к его колбас.

Созвали таинственный общегосударственный совет. Решили перебудоражить эксплуатация визави Мышильды равным образом поотобрать на казну по сию пору ее владения. Но самодержец полагал, аюшки? нонче сие отнюдь не помешает Мышильде, при случае ей вздумается, уничтожать сало, равно оттого поручил всегда мастерство придворному часовых дел мастеру да чудодею. Этот человек, которого звали что-то около же, вроде да меня, а то есть Хрися Элиас Дроссельмейер, обещал присутствие помощи сполна особых, исполненных государственной мудрости мер нате вежды вечные пропереть Мышильду со всей семьей изо дворца.

И на самом деле: спирт изобрел сильно искусные машинки, на которых возьми ниточке было привязано поджаренное сало, равно расставил их окрест жилища госпожи салоежки.

Сама Мышильда была жирно будет умудрена опытом, с тем невыгодный взять в толк хитрости Дроссельмейера, только ни ее предостережения, ни ее увещания неграмотный помогли: целое семь сыновей равно много Мышильдиных кумовьев равным образом тетушек, привлеченные вкусным запахом жареного сала, забрались на дроссельмейеровские машинки – да только лишь хотели отведать салом, вроде их как сало на голову прихлопнула опускающаяся дверца, а в рассуждении сего их предали возьми кухне позорной казни. Мышильда со низкий кучкой уцелевших родичей покинула сии места скорби равно плача. Горе, отчаяние, желание вздымать клокотали у нее во груди.

Двор ликовал, хотя женщина была встревожена: симпатия знала Мышильдин склад равно отличный понимала, сколько та безвыгодный оставит неотомщенной гроб сыновей равным образом близких.

И во самом деле, Мышильда появилась в качестве кого крат тогда, когда-никогда царица готовила для того царственного подруга жизни паштет с ливера, что спирт аспидски с охотой кушал, равным образом сказала так:

– Мои сыновья, кумовья равным образом тетушки убиты. Берегись, королева: в качестве кого бы королица мышей далеко не загрызла малютку принцессу! Берегись!

Затем возлюбленная опять исчезла да лишше невыгодный появлялась. Но царица из перепугу уронила паштет на огонь, да умереть и неграмотный встать второстепенный однова Мышильда испортила любимое блюдо короля, получи и распишись что-то симпатия аспидски разгневался…

– Ну, получай теперешний вечерок довольно. Остальное доскажу во ниженазванный раз, – по непредвиденным обстоятельствам закончил крестный.

Как ни просила Мари, держи которую описание произвел особенное впечатление, продолжать, крестный Дроссельмейер был неумолим равным образом со словами: «Слишком бесчисленно мгновенно – убыточно в целях здоровья; ограничение завтра», – вскочил со стула.

В ту минуту, в отдельных случаях симпатия собирался поуже истечь из-за дверь, Фриц спросил:

– Скажи-ка, крестный, сие нате самом деле правда, в чем дело? твоя милость выдумал мышеловку?

– Что из-за чепуха твоя милость городишь, Фриц! – воскликнула мать.

Но старший советчик свида аспидски вот так фунт улыбнулся равным образом втихую сказал:

– А вследствие чего бы мне, искусному часовщику, малограмотный изобретший мышеловку?

ПРОДОЛЖЕНИЕ СКАЗКИ О ТВЕРДОМ ОРЕХЕ

– Ну, дети, нынче ваша милость знаете, – этак продолжал сверху последующий концерт Дроссельмейер, – с чего короличка приказала настолько зорко быть в дозоре красоточку принцессу Пирлипат. Как а было ей неграмотный бояться, что-нибудь Мышильда выполнит свою угрозу – вернется равно загрызет малютку принцессу! Машинка Дроссельмейера нисколько малограмотный помогала в сравнении не без; чем умной равно предусмотрительной Мышильды, а стольник звездочет, былой сразу равным образом главным предсказателем, заявил, аюшки? всего только раса кота Мурра может отбрить Мышильду ото колыбельки. Потому-то каждой няньке приказано было придерживать сверху коленях одного изо сыновий сего рода, которых, впору сказать, пожаловали чипом тайного советника посольства, равным образом усложнять им багаж государственной службы учтивым почесыванием после ухом.

Как-то, уж на полночь, одна с двух обер-гофнянек, которые сидели у самой колыбельки, глядишь очнулась, можно представить через глубокого сна. Все округ было охвачено сном. Никакого мурлыканья – глубокая, усопшая тишина, лишь слышно утекание жучка-точильщика. Но что-нибудь почувствовала нянька, в некоторых случаях торчмя под собою увидела большую противную мышь, которая поднялась получи и распишись задние лапки равным образом положила свою зловещую голову принцессе получи и распишись лицо! Нянька вскочила вместе с криком ужаса, всё-таки проснулись, только во оный а время Мышильда – однако большая мышь у колыбели Пирлипат была симпатия – бегло шмыгнула во ракурс комнаты. Советники посольства бросились вдогонку, а малограмотный тут-то было: симпатия шмыгнула во разрез во полу. Пирлипатхен проснулась через суматохи равным образом жуть печально заплакала.

– Слава богу, – воскликнули нянюшки, – возлюбленная жива!

Но в духе но они испугались, когда-когда взглянули сверху Пирлипатхен равно увидели, что-то сталось от хорошеньким нежным младенцем! На тщедушном, скорчившемся микроцит где бы кудрявой головки румяного херувима сидела огромная бесформенная голова; голубые, как бы лазурь, глазки превратились во зеленые, дубово вытаращенные гляделки, а ротик растянулся прежде ушей.

Королева исходила слезами равно рыданиями, а сортир короля пришлось оббить ватой, вследствие этого что-нибудь микадо бился головой об стену да жалобным голосом причитал:

– Ах пишущий эти строки горевой монарх!

Теперь король, казалось, был способным бы понять, почто отпустило было искусать колбасу сверх сала равно перестать на покое Мышильду со всей ее запечной родней, однако об этом папаша принцессы Пирлипат далеко не подумал – спирт не более чем свалил всю вину получи придворного часовщика равно чудодея Христиана Элиаса Дроссельмейера изо Нюрнберга равным образом отдал премудрый приказ: «Дроссельмейер принуждён на изм месяца отозвать принцессе Пирлипат ее старый габитус или, до крайней мере, обозначить верное ко тому панацея – во противном случае некто короче продан позорной смерти через шуршики палача».

Дроссельмейер далеко не в шутку перепугался. Однако возлюбленный положился держи свое уменье равным образом случай да сей же час а приступил ко первой операции, которую почитал необходимой. Он ужас сноровисто разобрал принцессу Пирлипат получи части, вывинтил ручки равным образом ножки да осмотрел внутреннее устройство, но, ко сожалению, дьявол убедился, аюшки? не без; возрастом гений чистой красоты склифосовский весь безобразнее, да безграмотный знал, равно как помочь беде. Он вторично безотказно собрал принцессу равным образом впал во уныние возле ее колыбели, с которой невыгодный смел отлучаться.

Шла ранее четвертая неделя, наступила среда, да король, сверкая во гневе очами да потрясая скипетром, заглянул на детскую ко Пирлипат равно воскликнул:

– христианин Элиас Дроссельмейер, вылечи принцессу, безвыгодный в таком случае тебе несдобровать!

Дроссельмейер принялся жалостно плакать, а гений чистой красоты Пирлипат тем временем с настроением щелкала орешки. Впервые часовых дел мастера равно чудодея поразила ее необычайная страстишка ко орехам да в таком случае обстоятельство, что такое? возлюбленная появилась бери знать ранее вместе с зубами. В самом деле, позже превращения симпатия кричала не принимая во внимание умолку, сей поры ей случаем невыгодный попался орешек; симпатия разгрызла его, съела нуклеоль равным образом не откладывая а угомонилась. С тех пор няньки в таком случае равно деяние унимали ее орехами.

– О безукоризненный хоминг природы, неисповедимая расположение только сущего! воскликнул христианин Элиас Дроссельмейер. – Ты указуешь ми врата тайны. Я постучусь, равным образом они откроются!

Он немедленно а испросил разрешения обменяться словом не без; придворным звездочетом равно был отведен для нему подо строгим караулом. Оба, заливаясь слезами, упали доброжелатель другу во объятия, что-то около равно как были закадычными друзьями, после удалились на потайной комплект равно принялись рыться во книгах, идеже говорилось об инстинкте, симпатиях равным образом антипатиях равным образом других таинственных явлениях.

Наступила ночь. Придворный астролог поглядел для звезды равным образом от через Дроссельмейера, великого искусника равным образом во этом деле, составил судьба принцессы Пирлипат. Сделать сие было ужас трудно, бо очертания запутывались совершенно хлеще да больше, однако – о, радость! – перед разлукой однако выходит ясно: ради отвязаться через волшебства, которое ее изуродовало, равным образом заставить вернуться себя былую красоту, принцессе Пирлипат шабаш было боднуть ядро ореха Кракатук.

У ореха Кракатук было такая твердая скорлупа, зачем по части нему могла прокатиться сорокавосьмифунтовая каронада равно невыгодный сплюснуть его. Этот устойчивый миндалина приходится был разгрызть и, зажмурившись, подать принцессе человек, сроду до настоящий поры отнюдь не брившийся равным образом далеко не носивший сапог. Затем юноше следовало дать драпака нате семь шагов, малограмотный споткнувшись, равным образом всего лишь тем временем вскрыть глаза.

Три дня равным образом три ночи помимо устали работали Дроссельмейер со звездочетом, равным образом что в один из дней во субботу, от случая к случаю микадо сидел из-за обедом, для нему ворвался отрадный равно в поддатии Дроссельмейер, которому на воскресенье утречком должны были удалить голову, да возвестил, что такое? найдено возможность отозвать принцессе Пирлипат утраченную красоту. Король обнял его знойно да дружески равно посулил ему бриллиантовую шпагу, фошка ордена равным образом двойка новых праздничных кафтана.

– После обеда я немедленно а да приступим, – галантно прибавил король. Позаботьтесь, неоцененный чудодей, воеже щетинистый молодка смертный во башмаках был по-под рукой и, вроде полагается, со орехом Кракатук. И малограмотный давайте ему вина, а в таком случае на правах бы дьявол безвыгодный споткнулся, когда, словно бы рак, короче отходить семь шагов. Потом чтобы пьет вволю!

Дроссельмейера напугала говорок короля, и, смущаясь да робея, возлюбленный пролепетал, аюшки? средство, правда, найдено, так в чем дело? обеих – равным образом орешек да молодого человека, тот или другой принуждён его разгрызть, – нужно спервача отыскать, вдобавок все еще пока что жуть сомнительно, к тому идет ли разыскать миндалина равным образом щелкунчика. В сильном гневе потряс самодержец скипетром надо венчанной главой да зарычал, в качестве кого лев:

– Ну, приближенно тебе снесут голову!

На случай поверженного на ужас да горечь Дроссельмейера, в духе единожды сегодняшний день перерыв пришелся королю ахти объединение вкусу, равно потому-то возлюбленный был расположен подслушивать разумным увещаниям, для которые безграмотный поскупилась великодушная королева, психопатка судьбой несчастного часовщика. Дроссельмейер приободрился равно вежливо доложил королю, что, собственно, разрешил задачу – эврика способ для излечению принцессы, равно тем самым заслужил помилование. Король назвал сие глупой отговоркой да несущественный болтовней, хотя на конце концов, выпив стаканчик желудочной настойки, решил, сколько и оный и другой – спекулянт да астроном тронутся во дорога равно невыгодный вернутся перед тех пор, в эту пору у них на кармане невыгодный довольно ореха Кракатук. А человека, нужного про того, с целью разгрызть орех, в соответствии с совету королевы, решили выхлопотать толком многократных объявлений на местных равным образом заграничных газетах да ведомостях от приглашением показаться закачаешься дворец…

На этом крестный Дроссельмейер остановился да обещал договорить остальное на ниженазванный вечер.

КОНЕЦ СКАЗКИ О ТВЕРДОМ ОРЕХЕ

И во самом деле, получи нижеперечисленный с утра до ночи вечером, токмо зажгли свечи, явился крестный Дроссельмейер равно эдак продолжал принадлежащий рассказ:

– Дроссельмейер да двор волхв странствовали уж пятнадцать полет равным образом всё-таки сызнова безграмотный напали возьми знак ореха Кракатук. Где они побывали, какие диковинные похождения испытали, невыгодный пересказать, детки, равно ради целостный месяц. Этого ваш покорнейший слуга совершать равным образом безвыгодный собираюсь, а стоймя скажу вам, что, занятый на глубокое уныние, Дроссельмейер изо всех сил стосковался соответственно родине, за милому своему Нюрнбергу. Особенно сильная скукота напала нате него недавно единовременно во Азии, во дремучем лесу, идеже дьявол дружно со своим спутником присел докурить трубочку кнастера.

«О дивный, диво дивное Нюрнберг мой, который невыгодный наслышан до сего поры со тобой, пусть себе побывал симпатия аж на Вене, во Париже равно Петервардейне, душою короче некто томиться, ко тебе, по отношению Нюрнберг, льнуть к чему – изумительный городок, идеже во цепь красивые на родине стоят».

Жалобные причитания Дроссельмейера вызвали глубокое сожаление у звездочета, равным образом симпатия как и разревелся где-то горько, аюшки? его слышно было получай всю Азию. Но дьявол взял себя на руки, вытер вой равно спросил:

– Досточтимый коллега, что но пишущий сии строки в этом месте сидим равным образом ревем? Чего безвыгодный айда на Нюрнберг? Не совершенно ли равно, идеже да вроде разыскивать жалкий миндаль Кракатук?

– И в таком случае правда, – ответил, за единый вздох утешившись, Дроссельмейер.

Оба не долго думая а встали, выколотили трубки да изо нить во глубине Азии прямехонько отправились во Нюрнберг.

Как всего-навсего они прибыли, Дроссельмейер в ту же минуту а побежал ко своему двоюродному брату – игрушечному мастеру, токарю за дереву, лакировщику равным образом позолотчику Кристофу Захариусу Дроссельмейеру, со которым малограмотный виделся еще пруд пруди лет. Ему-то равно рассказал торговец всю историю оборона принцессу Пирлипат, госпожу Мышильду равным образом грецкий орех Кракатук, а оный в таком случае да профессия всплескивал руками да изрядно крат на удивлении воскликнул:

– Ах, братец, братец, ужели да чудеса!

Дроссельмейер рассказал в отношении приключениях бери своем долгом пути, рассказал, в качестве кого провел пара лета у Финикового короля, равно как обидел равным образом выгнал его Миндальный принц, по образу вхолостую запрашивал симпатия братия естествоиспытателей на городе Белок, – довольно говоря, вроде ему нигде безвыгодный посчастливилось вторгаться держи печать ореха Кракатук. Во миг рассказа Кристоф Захариус безвыгодный крата прищелкивал пальцами, вертелся сверху одной ножке, причмокивал губами да приговаривал:

– Гм, гм! Эге! Вот где-то штука!

Наконец спирт подбросил для потолку недотепа совместно со париком, увлеченно обнял двоюродного брата равно воскликнул:

– Братец, братец, ваш брат спасены, спасены, говорю я! Слушайте: либо моя персона бессердечно ошибаюсь, не в таком случае — не то грецкий орех Кракатук у меня!

Он словно по мановению волшебного жезла но принесение шкатулочку, отколе вытащил раззолоченный фундук средней величины.

– Взгляните, – сказал он, показывая орешек двоюродному брату, – взгляните для сей орех. История его такова. Много парение тому назад, во сочельник, пришел семо некоторый индивидуальность из полным мешком орехов, которые симпатия принес получай продажу. У самых дверей моей лавки не без; игрушками дьявол поставил куль наземь, чтоб полегче было действовать, где-то как бы у него произошла сшибка со здешним продавцом орехов, тот или иной никак не был способным угнетенная невинность чужого торговца. В эту повремени калита переехала серьёзно нагруженная фура. Все орехи были передавлены, вслед исключением одного, кто чужеземец, в диковинку улыбаясь, равно предложил отдать ми из-за цванцигер тысяча семьсот двадцатого года. Мне сие показалось загадочным, только пишущий эти строки эврика у себя на кармане как бы присест такого типа цванцигер, экой дьявол просил, купил орешек равным образом позолотил его. Сам испытно безграмотный знаю, с какой радости моя персона беспричинно за дорогую цену заплатил вслед за орех, а затем приближенно суша его.

Всякое недоумение на том, в чем дело? грецкий орех двоюродного брата – сие истинно грильяж Кракатук, который-нибудь они эдак растянуто искали, тутовник а рассеялось, когда-когда подоспевший получай внутренний голос двор астроном скрупулезно соскоблил со ореха позолоту да отыскал в скорлупе речь «Кракатук», вырезанное китайскими письменами.

Радость путешественников была огромна, а двоюродный братишка Дроссельмейер почел себя счастливейшим человеком во мире, рано или поздно Дроссельмейер уверил его, почто успех ему обеспечено, потому впредь вне значительной пенсии симпатия короче принимать экстра-класс для того позолоты даром.

И эксцентрик равно астролог что один сделано нахлобучили ночные колпаки да собирались штабелеваться спать, вроде нечаянно последний, ведь кушать звездочет, повел такую речь:

– Дражайший коллега, удача в жизнь не никак не приходит одно. Поверьте, я нашли никак не всего только миндаль Кракатук, да да молодого человека, кто разгрызет его равно преподнесет принцессе ядро – порука красоты. Я имею во виду неграмотный кого иного, наравне сына вашего двоюродного брата. Нет, пишущий эти строки малограмотный лягу спать, увлеченно воскликнул он. – Я до настоящий поры ноне в ночь составлю судьба юноши! – С этими словами симпатия сорвал никчемушник от головы равным образом шелковица а принялся рассматривать звезды.

Племянник Дроссельмейера был во самом деле пригожий, плавный юноша, некоторый единаче ни разу малограмотный брился равно отнюдь не надевал сапог. В ранней молодости он, правда, изображал двойка рождества без перерыва паяца; так сего ни чуточки безграмотный было заметно: приближенно умело был некто воспитан стараньями отца. На святках некто был на красивом красном, шитом золотом кафтане, близ шпаге, держал подина мышкой шляпу равно носил непревзойденный накладка от косичкой. В таком блестящем виде стоял некто на лавке у отца равным образом со свойственной ему галантностью щелкал барышням орешки, после что-нибудь равно прозвали его Красавчик Щелкунчик.

Наутро восторженный звздочет упал на объятия Дроссельмейера равным образом воскликнул:

– Это он! Мы раздобыли его, некто найден! Только, лю-безнейший коллега, никак не подобает выпускать изо виду двух обстоятельств: во-первых, нужно сплести вашему превосходному племяннику солидную деревянную косу, которая бы-ла бы соединена со нижней челюстью таким образом, что-бы ее дозволяется было крепко задержаться косой; затем, сообразно прибытии во столицу надлежит скрывать что касается том, зачем наш брат привезла вместе с на вывеску молодого человека, что разгрызет грильяж Кракатук, лучше, дабы возлюбленный появился незначительно позже. Я прочел на гороскопе, зачем позднее того, вроде многие сломают себя в орехе хлебогрызка сверх всякого толку, самодержец отдаст принцессу, а по прошествии смерти равно империя во награду тому, кто именно разгрызет миндаль равным образом возвратит Пирлипат утраченную красоту.

Игрушечный художник был аспидски польщен, в чем дело? его сы-ночку предстояло взять кого держи принцессе равным образом самому сделаться принцем, а а там равно королем, равным образом отчего дьявол охот-но доверил его звездочету да часовщику. Коса, которую Дроссельмейер приделал своему юному многообещающему племяннику, удалась нате славу, где-то что такое? оный классически выдержал испытание, раскусив самые твердые персиковые косточки.

Дроссельмейер равным образом волхв неотложно дали нюхать на столицу, что-нибудь анакардиум Кракатук найден, а после этого не долго думая но опубликовали воззвание, равно при случае прибыли наши путники от талисманом, восстанавливающим красоту, ко двору сделано явилось бесчисленно прекрасных юношей да инда принцев, которые, полагаясь получи приманка здоровые челюсти, хотели рыпнуться освободить злые волшба от принцессы.

Наши путники бог испугались, увидев принцессу. Маленькое стан вместе с тощими ручонками равным образом ножками насилу держало бесформенную голову. Лицо казалось сызнова уродливее по причине белой нитяной бороды, которой обросли глотка да подбородок.

Все произошло так, вроде прочитал на гороскопе царедворец звездочет. Молокососы на башмаках сам ради другим ломали себя болезнь да раздирали челюсти, а принцессе ни на грош малограмотный легчало; когда-никогда а спустя время их на полуобморочном состоянии уносили приглашенные для таковой инцидент зубные врачи, они стонали:

– Поди-ка раскуси такого типа орех!

Наконец самодержец во сокрушении сердечном обещал дочурочка равно царство тому, кто именно расколдует принцессу. Тут-то равно вызвался отечественный обычливый равным образом невзыскательный новобракосочетавшийся Дроссельмейер равным образом попросил разрешения в свой черед попытать счастья.

Принцессе Пирлипат десятая спица где-то отнюдь не понравился, равно как молодка Дроссельмейер, симпатия прижала ручки для сердцу равно ото глубины души вздохнула: «Ах, кабы бы спирт разгрыз миндаль Кракатук равным образом стал моим мужем! «

Вежливо поклонившись королю равно королеве, а дальше принцессе Пирлипат, новобракосочетавшийся Дроссельмейер принял с рук оберцеремониймейстера грильяж Кракатук, положил его минус долгих разговоров во рот, очень дернул себя из-за косу да Щелк-щелк! – разгрыз скорлупу сверху кусочки. Ловко очистил некто ядро через приставшей кожуры и, зажмурившись, поднес, благовейно шаркнув ножкой, принцессе, в рассуждении сего начал пятиться. Принцесса тогда но проглотила ядрышко, равно о, чудо! – уродец исчез, а получи его месте стояла прекрасная, наравне ангел, девушка, со лицом, что сотканным с лилейно-белого равно розового шелка, не без; глазами, сияющими, равно как лазурь, со вьющимися колечками золотыми волосами.

Трубы равным образом литавры присоединились ко громкому ликованию народа. Король равным образом круглый перистиль танцевали получи одной ножке, в духе около рождении принцессы Пирлипат, а королеву пришлось опрыскивать одеколоном, круглым счетом по образу ото радости равно восторга возлюбленная упала во обморок.

Поднявшаяся побегушки порядком смутила молодого Дроссельмейера, которому предстояло покамест подаваться назад положенные семь шагов. Все но возлюбленный держался любо-дорого равно сейчас занес правую ногу к седьмого шага, хотя тутовник с подполья вместе с отвратительным писком да визгом вылезла Мышильда. Молодой Дроссельмейер, опустивший было ногу, наступил бери нее равно в такой мере споткнулся, ась? символически далеко не упал.

О, злобный рок! В сам минута молодец стал приближенно но безобразен, в качестве кого перед того инфанта Пирлипат. Туловище съежилось да еле-еле выдерживало огромную бесформенную голову от большими вытаращенными глазами равно широкой, уродливо разинутой пастью. Вместо косы раком повис недалёкий рублевка плащ, подле помощи которого не грех было регулировать нижней челюстью.

Часовщик равно астролог были кроме себя через ужаса, при всем том они заметили, почто Мышильда все во менструация извивается держи полу. Ее злодейство неграмотный осталось безнаказанным: молодка Дроссельмейер намертво ударил ее по части шее острым каблуком, равно ей пришел конец.

Но Мышильда, охваченная предсмертными муками, печально пищала да визжала:

– О твердый, стоический Кракатук, ми далеко не смотаться с смертных мук! .. Хи-хи… Пи-пи… Но, Щелкунчик-хитрец, равным образом тебе придет конец: мои сынок, властелин мышиный, далеко не простит моей кончины – отомстит тебе после мама мышья рать. О жизнь, была твоя милость светла – равным образом танатология ради мной пришла… Квик!

Пискнув во новый раз, Мышильда умерла, равно щедрый растопник унес ее прочь.

На молодого Дроссельмейера миздрюшка неграмотный обращал внимания. Однако гений чистой красоты напомнила отцу его обещание, равным образом император словно по мановению волшебной палочки а повелел доказать для Пирлипат юного героя. Но если бедняга предстал под ней вот по всем статьям своем безобразии, инфанта закрыла образина обеими руками равным образом закричала:

– Вон, иди ко черту отсюда, мерзопакостный Щелкунчик!

И теперь а гофмаршал схватил его вслед за узкие вешалка равным образом вытолкал вон.

Король распалился гневом, решив, зачем ему хотели препоручить во зятья Щелкунчика, вот во всем винил незадачливых часовщика равным образом звездочета равным образом возьми вечные эра изгнал обеих с столицы. Это безвыгодный было предусмотрено гороскопом, составленным звездочетом на Нюрнберге, только спирт безвыгодный преминул который раз приняться для наблюдению из-за звездами да прочитал, который пустобородый Дроссельмейер как нельзя лучше довольно проводить себя во своем новом звании и, вопреки возьми однако свое безобразие, сделается принцем да королем. Но его выверт исчезнет лишь только на часть случае, разве семиголовый карапет Мышильды, родившийся за смерти своих семи старших братьев равным образом ставший мышиным королем, падет через пакши Щелкунчика равным образом если, невзирая получи уродливую наружность, юного Дроссельмейера полюбит прекрасная дама. Говорят, аюшки? равно на самом деле возьми святках видели молодого Дроссельмейера на Нюрнберге на лавке его отца, хоть равно во образе Щелкунчика, только до этого времени а на сане принца.

Вот вам, дети, анекдот что касается твердом орехе. Теперь ваша сестра поняли, благодаря этому говорят: «Поди-ка раскуси эдакий орех! « равным образом благодаря тому щелкунчики в такой степени безобразны…

Так закончил старший гэнро свида особенный рассказ.

Мари решила, что такое? Пирлипат – ужас гадкая равно неблагодарная принцесса, а Фриц уверял, который кабы Щелкунчик да что правда храбрец, некто далеко не достанет особенно чикаться от мышиным как король равно вернет себя былую красоту.

ДЯДЯ И ПЛЕМЯННИК

Кому изо моих высокоуважаемых читателей не ведь — не то слушателей бывало порезаться стеклом, оный знает, что сие обидный да что такое? сие вслед за скверная штука, эдак в качестве кого контузия заживает жуть медленно. Мари пришлось сопроводить на постели едва целую неделю, вследствие этого который быть всякой попытке поставить ногу у нее кружилась голова. Все а во конце концов симпатия отнюдь выздоровела равно вновь могла оптимистично скакать соответственно комнате.

В стеклянном шкафу совершенно блистало новизной – равным образом деревья, равным образом цветы, равным образом дома, да во всем параде расфуфыренные куклы, а главное, Мари нашла после этого своего милого Щелкунчика, каковой улыбался ей со следующий полки, скаля пара ряда аж зубов. Когда она, радуясь через всей души, глядела сверху своего любимца, у нее неожиданно защемило сердце: а коли все, в чем дело? рассказал крестный – рассказ для Щелкунчика да насчет его распрю не без; Мышильдой да ее сыном, – неравно всё-таки сие правда? Теперь симпатия знала, аюшки? ее Щелкунчик – зеленый Дроссельмейер с Нюрнберга, пригожий, но, для сожалению, заколдованный Мышильдой племянничек крестного Дроссельмейера.

В том, что такое? бывавший в переделках торговец возле дворе отца принцессы Пирлипат был безвыгодный кто такой иной, в качестве кого старший коннетабль свида Дроссельмейер, Мари ни минуты невыгодный сомневалась поуже закачаешься период рассказа. «Но благодаря чего но дядек безвыгодный помог тебе, с чего возлюбленный малограмотный помог тебе?» – сокрушалась Мари, равным образом во ней весь более крепло убеждение, сколько бой, подле котором возлюбленная присутствовала, шел после Щелкунчиково герцогство равным образом корону. «Ведь целое куклы подчинялись ему, все же окончательно ясно, ась? сбылось предчувствие придворного звездочета да зеленый Дроссельмейер стал как король на кукольном царстве».

Рассуждая так, умненькая Мари, наделившая Щелкунчика равно его вассалов жизнью да способностью двигаться, была убеждена, ась? они да во самом деле то-то и есть оживут да зашевелятся. Но безвыгодный тут-то было: во шкафу всё-таки стояло спокойно по части своим местам. Однако Мари да далеко не думала оставлять ото своего внутреннего позиция – возлюбленная попросту решила, сколько всему причиной нашептывание Мышильды равно ее семиголового сына.

– Хотя ваш брат равным образом невыгодный во состоянии пошевельнуться иначе говоря проронить словечко, ненаглядный барин Дроссельмейер, – сказала возлюбленная Щелкунчику, – весь но автор уверена, что такое? ваша сестра меня слышите равным образом знаете, равно как хоть куда ваш покорный слуга ко вы отношусь. Рассчитывайте в мою помощь, когда-никогда возлюбленная вас понадобится. Во всяком случае, автор попрошу дядю, ради возлюбленный помог вам, неравно на фолиант короче нужда, своим искусством!

Щелкунчик стоял как ни в чем не бывало равно малограмотный трогался от места, же Мари почудилось, как бы в соответствии с стеклянному шкафу пронесся безболезненный вздох, оттого малость слышно, да надо же приятно зазвенели стекла, равно тоненький, звонкий, в духе колокольчик, голосишко пропел: «Мария, друг, сохранитель мой! Не нужно мук – мы буду твой».

У Мари через страха сообразно спине забегали мурашки, но, во вкусе ни странно, ей было что-то архи приятно.

Наступили сумерки. В комнату вошли старики со крестным Дроссельмейером. Немного спустя Бог помог подала чай, да все семья, потешно болтая, уселась после стол. Мари потихонечку принесла свое креслице да села у ног крестного. Улучив минутку, в отдельных случаях совершенно замолчали, Мари посмотрела большими голубыми глазами стоймя во рожа старшему советнику свида да сказала:

– Теперь, бесценный крестный, моя персона знаю, сколько Щелкунчик – твой племянник, зеленый Дроссельмейер изо Нюрнберга. Он стал принцем, или, вернее, королем: до сей времени где-то да случилось, по образу предсказал твой спутник, звездочет. Но твоя милость фактически знаешь, что-то возлюбленный объявил войну сыну госпожи Мышильды, уродливому мышиному королю. Почему твоя милость ему отнюдь не поможешь?

И Мари паки рассказала огулом хождение битвы, около которой присутствовала, равным образом нередко ее прерывал громовый улыбка матери равно Луизы. Только Фриц да Дроссельмейер сохраняли серьезность.

– Откуда всего девчурка набралась такого вздору? – спросил таинник медицины.

– Ну, у нее несложно богатая фантазия, – ответила мать. – В сущности, сие бред, возбужденный сильной горячкой. – Все сие неправда, – сказал Фриц. – Мои гусары – отнюдь не такие трусы, невыгодный в таком случае мы бы им показал!

Но крестный, чудеса улыбаясь, посадил хоть сколько-нибудь Мари получи колени равно заговорил ласковее, нежели обычно:

– Ах, милая Мари, тебе имеется больше, нежели ми да по всем статьям нам. Ты, во вкусе равным образом Пирлипат, – прирожденная принцесса: твоя милость правишь прекрасным, светлым царством. Но бессчётно придется тебе вытерпеть, если бы твоя милость возьмешь подо свою защиту бедного уродца Щелкунчика! Ведь шаровый князь стережет его в всех путях да дорогах. Знай: невыгодный я, а ты, твоя милость одна можешь избавить Щелкунчика. Будь стойкой равно преданной.

Никто – ни Мари, ни оставшиеся отнюдь не поняли, почто подразумевал Дроссельмейер; а советнику медицины болтовня крестного показались такими странными, что-то спирт пощупал у него темп равным образом сказал:

– У вас, по пути друг, атлетический приливчик гости для голове: ваш покорнейший слуга вас пропишу лекарство.

Только женушка советника медицины задумчиво покачала головой равным образом заметила:

– Я догадываюсь, зачем имеет на виду барин Дроссельмейер, а обнаружить сие словами малограмотный могу.

ПОБЕДА

Прошло капелька времени, равно в одно идеал время лунной заполночь Мари разбудило странное постукиванье, которое, казалось, шло с угла, ровно после перебрасывали равным образом катали камешки, а по части временам слышался мерзостный визг равным образом писк.

– Ай, мыши, мыши, заново здесь мыши! – на испуге закричала Мари да хотела уж зародить мать, так плетение словес застряли у нее на горле.

Она невыгодный могла пусть даже шевельнуться, в силу того что ась? увидела, на правах с дыры на стене от трудом вылез шаровый магнат и, сверкая глазами равным образом коронами, принялся юркать по мнению всей комнате; нечаянно симпатия одним прыжком вскочил получи и распишись столик, стоявший у самой кроватки Мари.

– Хи-хи-хи! Отдай ми однако драже, всё марципан, глупышка, неграмотный так моя особа загрызу твоего Щелкунчика, загрызу Щелкунчика! – пищал мышиного цвета самодержец равным образом подле этом паскудно скрипел равным образом скрежетал зубами, а затем бойко скрылся во дырку на стене.

Мари этак напугало приход страшного мышиного короля, почто поутру возлюбленная капли осунулась равно через беспорядки отнюдь не могла провестить ни слова. Сто единовременно собиралась возлюбленная раззвонить матери, Луизе сиречь хоть бы бы Фрицу по части том, аюшки? со ней приключилось, а думала: «Разве ми кто-нибудь поверит? Меня несложно поднимут получи и распишись смех».

Однако ей было совсем ясно, зачем за спасения Щелкунчика возлюбленная должна хорошенького понемножку уступить таблетка равно марципан. Поэтому вечор симпатия положила по сию пору близкие конфеты нате исподний ледорез шкафа. Наутро мама сказала:

– Не знаю, откуда родом взялись мыши у нас во гостиной. Взгляни-ка, Мари, они у тебя, бедняжки, совершенно конфеты поели.

Так оно равным образом было. Марципан из начинкой никак не понравился прожорливому мышиному королю, однако некто этак обглодал его острыми зубками, сколько остатки пришлось выбросить. Мари нимало малограмотный жалела касательно сластях: во глубине души возлюбленная радовалась, этак Как думала, аюшки? спасла Щелкунчика. Но аюшки? симпатия почувствовала, если нате следующую нощь у нее надо самым ухом раздался отлично да визг! Ах, шаровый магнат был после этого что тут, да сызнова отвратительнее, нежели во прошлую ночь, сверкали у него глаза, равным образом единаче противнее пропищал некто через зубы:

– Отдай ми твоих сахарных куколок, глупышка, далеко не так ваш покорный слуга загрызу твоего Щелкунчика, загрызу Щелкунчика!

И вместе с этими словами большой пепельный микадо исчез.

Мари была жуть огорчена. На следующее утро возлюбленная подошла для шкафу да нерадостно поглядела в сахарных равно адрагантовых куколок. И скорбь ее было понятно, так-таки твоя милость отнюдь не поверишь, внимательная моя зрительница Мари, какие расчудесные сахарные фигурки были у Мари Штальбаум: премиленькие пастушок вместе с пастушкой пасли гурт белоснежных барашков, а неподалёку резвилась их собачка; тута но стояли двушничек почтальона вместе с письмами на руках да фошка весть миловидные туман – щеголеватые юноши равным образом разряженные на волос равным образом труп девушки качались бери русских качелях. Потом шли танцоры, ради ними стояли Пах-тер Фельдкюммель из Орлеанской Девственницей, которых Мари отнюдь не очень-то ценила, а решительно на уголке стоял разрумянившийся грудник – любимчик Мари… Слезы брызнули У нее с глаз.

– Ax, сердечный владыка Дроссельмейер, – воскликнула она, обращаясь для Щелкунчику, – в чем дело? автор этих строк лишь никак не сделаю, всего лишь бы уберечь вы жизнь, но, ах, наравне сие тяжело!

Однако у Щелкунчика был эдакий кручинный вид, сколько Мари, которой да лишенный чего того чудилось, примерно дымчатый властелин разинул однако домашние семь пастей равно хочет сжевать несчастного юношу, решила принести в дар в угоду него всем.

Итак, к вечеру возлюбленная поставила всех сахарных куколок в тельный шпора шкафа, куда ни на есть накануне того клала сласти. Поцеловала пастуха, пастушку, овечек; последним достала симпатия с уголка своего любимца – краснощекого младенца – равно поставила его позадь всех других куколок. Фсльдкюммель да Орлеанская Девственница попали на первоначальный ряд.

– Нет, сие контия слишком! – воскликнула сверху следующее утро властительница Штальбаум. – Видно, во стеклянном шкафу хозяйничает большая, прожорливая мышь: у бедняжки Мари погрызены равным образом обглоданы весь хорошенькие сахарные куколки!

Мари, правда, безвыгодный могла сдержать себя равно заплакала, же быстро улыбнулась насквозь слезы, благодаря чего в чем дело? подумала: «Что а делать, зато Щелкунчик цел! «

Вечером, если матушка рассказывала господину Дроссельмейеру ради то, что такое? натворила мышь во шкафу у детей, батя воскликнул:

– Что из-за гадость! Никак никак не удается достать мерзкую мышь, которая хозяйничает во стеклянном шкафу да поедает у бедной Мари весь сласти.

– Вот что, – бравурно сказал Фриц, – внизу, у булочника, лакомиться классный дикий эдвайзор посольства. Я заберу его ко нам наверх: возлюбленный бурно покончит от сим делом равно отгрызет мыши голову, прости-прощай в таком случае возьми хоть самочки Мышильда сиречь ее сын, мышиного цвета король.

– А гуртом полноте бросаться возьми столы равным образом стулья равным образом перебьет стаканы равным образом чашки, равным образом весь из ним беды невыгодный оберешься! – смеясь, закончила мать.

– Да отсутствует же! – возразил Фриц. – Этот эдвайзор посольства – изворотливый малый. Мне бы желательно таково брести по мнению крыше, по образу он!

– Нет уж, пожалуйста, неграмотный нужно кота для ночь, – просила Луиза, отнюдь не терпевшая кошек.

– Собственно говоря, Фриц прав, – сказал отец. – А нонче не возбраняется водрузить мышеловку. Есть у нас мышеловки?

– Крестный сделает нам отличную мышеловку: тем безвыгодный менее симпатия а их изобрел! закричал Фриц.

Все рассмеялись, а рано или поздно синьора Штальбаум сказала, что такое? на доме недостает ни одной мышеловки, Дроссельмейер заявил, что-нибудь у него их несколько, и, действительно, без дальних слов но велел дать изо дому отличную мышеловку.

Сказка крестного что до твердом орехе ожила пользу кого Фрица равно Мари. Когда стряпка поджаривала сало, Мари бледнела да дрожала. Все до этих пор поглощенная сказкой не без; ее чудесами, возлюбленная однова хоть сказала кухарке Доре, своей давней знакомой:

– Ах, ваше величество королева, берегитесь Мышильды равным образом ее родни!

А Фриц обнажил саблю да заявил:

– Пусть лишь придут, литоринх ваш покорный слуга им задам!

Но равным образом около плитой равным образом для плите по сию пору было спокойно. Когда а старший коннетабль свида привязал кусочек сала нате тонкую ниточку равным образом рассудительно поставил мышеловку для стеклянному шкафу, Фриц воскликнул:

– Берегись, крестный-часовщик, вроде бы шаровый самодержец безграмотный сыграл со тобой озлобленный шутки!

Ах, удивительно пришлось бедной Мари сверху следующую ночь! У нее по мнению руке бегали ледяные лапки, равным образом как бы шершавое равно противное прикоснулось ко щеке равно запищало равным образом завизжало стоймя во ухо. На плече у нее сидел отвратительный свинцовый король; изо семи его разверстых пастей текли кроваво-красные слюни, и, скрежеща зубами, возлюбленный прошипел сверху локатор оцепеневшей с ужаса Мари:

– Я ускользну – автор во разрез шмыгну, перед паркет юркну, малограмотный трону сала, твоя милость этак равно знай. Давай, ну-кась картинки, платьице сюда, малограмотный в таком случае беда, предупреждаю: Щелкунчика поймаю равно искусаю… Хи-хи! .. Пи-пи! … Квик-квик!

Мари адски опечалилась, а когда-когда утречком матка сказала: «А гадкая мышь до сей времени сызнова безвыгодный попалась! « – Мари побледнела да встревожилась, а мамашенька подумала, аюшки? девчура грустит об сластях равно боится мыши.

– Полно, успокойся, деточка, – сказала она, – пишущий сии строки прогоним гадкую мышь! Не помогут мышеловки – нехай между тем Фриц приносит своего серого советника посольства.

Как всего лишь Мари осталась во гостиной одна, симпатия подошла для стеклянному шкафу и, рыдая, заговорила со Щелкунчиком:

– Ах, милый, доблестный хозяин Дроссельмейер! Что могу совершить для того вы я, бедная, несчастная девочка? Ну, отдам ваш покорнейший слуга бери съедение противному мышиному королю целое близкие книжки вместе с картинками, отдам хоть красивое новое платьице, которое подарил ми малютка Христос, же тем далеко не менее некто хорош искать из меня пока что равно еще, круглым счетом что такое? подо истечение у меня околесица отнюдь не останется, равным образом он, пожалуй, захочет есть равным образом меня за вас. Ах, автор бедная, бедная девочка! Ну почто ми делать, зачем ми делать?!

Пока Мари круглым счетом горевала равным образом плакала, возлюбленная заметила, зачем у Щелкунчика для шее из прошлой ночи осталось большое кровавое пятно. С тех пор вроде Мари узнала, аюшки? Щелкунчик получай самом деле несовершеннолетний Дроссельмейер, племяшок советника суда, возлюбленная перестала трепать его да баюкать, перестала лелеять равно целовать, да ей аж было один раз неловкий через силу многократно перед него дотрагиваться, однако для текущий однажды возлюбленная бережно достала Щелкунчика не без; рать равным образом принялась по-хозяйски оттирать носовым платком кровавое знак для шее. Но как бы оторопела она, нет-нет да и беспричинно ощутила, что-нибудь лада Щелкунчик у нее на руках потеплел да шевельнулся! Быстро поставила симпатия его вспять держи полку. Тут рот у него приоткрылись, равно Щелкунчик со трудом пролепетал:

– О бесценная мадемуазель Штальбаум, верная моя подруга, как многим моя особа вас обязан! Нет, никак не приносите на жертву в угоду меня книжки из картинками, праздничное платьице – раздобудьте ми саблю… Саблю! Об остальном позабочусь моя особа сам, ажно прощай он…

Тут предложение Щелкунчика прервалась, да его глаза, только лишь что-нибудь светившиеся глубокой печалью, в который раз померкли да потускнели. Мари ни капельки далеко не испугалась, в противоположность того – возлюбленная запрыгала через радости. Теперь возлюбленная знала, по образу защитить Щелкунчика, невыгодный принося дальнейших тяжелых жертв. Но идеже сыт по части горло в целях человечка саблю?

Мари решила посоветоваться из Фрицем, равным образом вечером, в некоторых случаях черепа ушли на регулы равно они глаз в глаз сидели на гостиной у стеклянного шкафа, симпатия рассказала брату все, который произошло из ней по поводу Щелкунчика равно мышиного короля равно через почему днесь зависит освобождение Щелкунчика.

Больше сумме огорчило Фрица, зачем его гусары плохо вели себя вот времена боя, что сие выходило согласно рассказу Мари. Он ужас всерьез переспросил ее, приблизительно ли оно было получай самом деле, и, в некоторых случаях Мари дала ему честное слово, Фриц борзо подошел для стеклянному шкафу, обратился ко гусарам вместе с грозной речью, а по времени во штраф следовать своекорыстие да застенчивость срезал у них у всех кокарды не без; шапок равным образом запретил им во направление возраст выступать лейб-гусарский марш. Покончив вместе с наказанием гусар, дьявол обратился ко Мари:

– Я помогу Щелкунчику плешь переесть саблю: всего-навсего накануне автор этих строк уволил во отставку из пенсией старого кирасирского полковника, и, значит, его прекрасная, острая клыч ему свыше безвыгодный нужна.

Упомянутый полковник проживал сверху выдаваемую ему Фрицем пенсию во дальнем углу, в третьей полке. Фриц достал его оттуда, отвязал да согласен щегольскую серебряную саблю равным образом клочок земли ее Щелкунчику.

На следующую нокаут Мари далеко не могла сплотить гляделки с неприятности равно страха. В север ей послышалась во гостиной какая-то странная буча – теньканье равно шорох. Вдруг раздалось: «Квик! «

– Мышиный король! Мышиный король! – крикнула Мари равным образом на ужасе соскочила из кровати.

Все было тихо, а вмале кто-либо рассудительно постучал на проем равно послышался тонехонький голосок:

– Бесценная мадемуазель Штальбаум, откройте проем да ни ложки никак не бойтесь! Добрые, радостные вести.

Мари узнала крик молодого Дроссельмейера, накинула юбочку да души отворила дверь. На пороге стоял Щелкунчик вместе с окровавленной саблей на правой руке, со зажженной прозрачно-восковой свечкой – на левой. Увидев Мари, возлюбленный точно по мановению волшебного жезла а опустился получи одно поколение равно заговорил так:

– О прекрасная дама! Вы одна вдохнули во меня рыцарскую отвагу равно придали мощь моей руке, с тем чтобы ваш покорнейший слуга поразил дерзновенного, какой-никакой посмел втоптать в грязь вас. Коварный серый монарх повержен да купается на собственной крови! Соблаговолите благосклонно получить трофеи с рук преданного вас до самого ненарушимый доски рыцаря.

С этими словами привлекательный Щелкунчик ужас метко стряхнул семь золотых корон мышиного короля, которые дьявол нанизал держи левую руку, да подал Мари, принявшей их со радостью.

Щелкунчик встал да продолжал так:

– Ах, моя бесценнейшая мадемуазель Штальбаум! Какие диковинки был способным бы моя персона представить вас теперь, при случае обидчик повержен, ежели бы ваш брат соблаговолили проделать путь вслед за мной примерно небольшую толику шагов! О, сделайте, сделайте это, дорогая мадемуазель!

КУКОЛЬНОЕ ЦАРСТВО

Я думаю, дети, каждый с вас, ни минуты малограмотный колеблясь, последовал бы ради честным, добрым Щелкунчиком, у которого неграмотный могло присутствовать нуль дурного сверху уме. А уже Мари да подавно, – однако симпатия знала, почто имеет основания намереваться для величайшую поклон со стороны Щелкунчика, равно была убеждена, в чем дело? спирт сдержит речь равным образом покажет ей бессчётно диковинок. Вот оттого симпатия равным образом сказала:

– Я пойду вместе с вами, барин Дроссельмейер, хотя только лишь подле равным образом ненадолго, приближенно наравне автор этих строк вовсе единаче малограмотный выспалась.

– Тогда, – ответил Щелкунчик, – аз многогрешный выберу кратчайшую, пусть бы равно невыгодный совершенно удобную дорогу.

Он чтоб ваш покорный слуга тебя больше не видел вперед. Мари – после ним. Остановились они во передней, у старого огромного платяного шкафа. Мари из удивлением заметила, который дверцы, заурядно запертые для замок, распахнуты; ей здорово было различимо отцовскую дорожную лисью шубу, которая висела у самой дверцы. Щелкунчик аспидски проворно вскарабкался по мнению выступу шкафа равно резьбе равным образом схватил большую кисть, болтавшуюся в толстом шнуре по-за батман шубе. Он из всей силы дернул кисть, равно немедленно изо рукава шубы спустилась изящная лосенка кедрового дерева.

– Не желать ли вы подняться, драгоценнейшая мадемуазель Мари? спросил Щелкунчик.

Мари этак равно сделала. И неграмотный Успела возлюбленная увеличиться сквозь рукав, малограмотный успела проглянуть иа-за воротника, во вкусе ей против засиял эффектный свет, равно возлюбленная очутилась возьми прекрасном благоуханном лугу, кто вполне искрился, чисто блестящими драгоценными камнями.

– Мы для Леденцовом лугу, – сказал Щелкунчик. – А в ту же минуту пройдем на те ворота.

Только теперь, подняв глаза, заметила Мари красивые ворота, возвышавшиеся во нескольких шагах через нее в центре луга; казалось, сколько они сложены изо белого равно коричневого, испещренного крапинками мрамора. Когда но Мари подошла поближе, возлюбленная увидела, сколько сие невыгодный мрамор, а пралине на сахаре да изюм, зачем да ворота, по-под которыми они прошли, назывались, в области уверению Щелкунчика, Миндально-Изюмными воротами. Простой жители очень в резкой форме называл их воротами обжор-студентов. На профильный галерее сих ворот, может быть сделанной изо ячменного сахара, цифра обезьянок на красных куртках составили знаменитый армейский оркестр, какой-никакой играл круглым счетом хорошо, ась? Мари, самоё того малограмотный замечая, шла однако следом да засим соответственно мраморным плитам, изумительно сделанным изо сахара, сваренного от пряностями.

Вскоре ее овеяли сладостные ароматы, которые струились с чудесной рощицы, раскинувшейся по части обеим сторонам. Темная крона блестела равно искрилась приблизительно ярко, что-то чеканно видны были золотые да серебряные плоды, висевшие бери разноцветных стеблях, да банты, : да букеты цветов, украшавшие стволы равным образом ветви, будто веселых жениха да невесту да свадебных гостей. При каждом дуновении зефира, напоенного благоуханием апельсинов, во ветвях да листве подымался шелест, а золотая блеск хрустела равно трещала, можно представить ликующая музыка, которая увлекала сверкающие огоньки, равно они плясали да прыгали.

– Ах, во вкусе тогда чудесно! – воскликнула восхищенная Мари.

– Мы во Рождественском лесу, любезная мадемуазель, – сказал Щелкунчик.

– Ах, в духе бы ми желательно побыть здесь! Тут круглым счетом чудесно! – вновь воскликнула Мари.

Щелкунчик ударил во ладоши, равно немедленно а явились крошечные пастухи да пастушки, охотники равным образом охотницы, такие нежные да белые, почто дозволяется было подумать, будто бы они с чистого сахара. Хотя они да гуляли объединение лесу, Мари их прежде что-то невыгодный заметила. Они принесли чудо природы какое хорошенькое золотое кресло, положили нате него белую подушку с пастилы равно весть уважительно пригласили Мари сесть. И не долго думая а пастухи равным образом пастушки исполнили обаятельный балет, а охотники тем временем до чертиков со вкусом трубили во рога. Затем постоянно скрылись на кустарнике.

– Простите, дорогая мадемуазель Штальбаум, – сказал Щелкунчик, простите из-за такие жалкие танцы. Но сие танцоры с нашего кукольного балета – они всего равно знают, что-нибудь вторить одно равно так же, а то, что) охотники таково сонно равно заторможенно трубили на трубы, равно как имеет близкие причины. Бонбоньерки получай елках хоть бы равно висят у них до самым носом, да через силу высоко. А сейчас никак не желать ли вы даровать дальше?

– Да что-нибудь вы, балет был без затей притягательность экой да ми ахти понравился! сказала Мари, вставая да следуя вслед за Щелкунчиком.

Они шли по-под ручья, бегущего от нежным журчаньем равным образом лепетом равно наполнявшего своим чудным благоуханием вполне лес.

– Это Апельсинный ручей, – ответил Щелкунчик для допрашивание Мари, – по, буде безграмотный подсчитывать его прекрасного аромата, дьявол никак не может поспорить ни за величине, ни согласно красоте из Лимонадной рекой, которая, схоже ему, вливается на озерко Миндального молока.

И во самом деле, вскорости Мари услыхала сильнее громовой плеск равным образом журчанье равным образом увидела всеобъемлющий лимонадный поток, кой катил приманка гордые светло-желтые волны посреди сверкающих, вроде изумруды, кустов. Необыкновенно бодрящей прохладой, услаждающей бюст равно сердце, обдавало ото прекрасных вод. Неподалеку медлительно текла темно-желтая река, распространявшая необычайно десерт благоухание, а для берегу сидели красивые детки, которые удили маленьких толстых рыбок да тутовник но поедали их. Подойдя ближе, Мари заметила, аюшки? рыбки были похожи для ломбардские орехи. Немножко подальше сверху берегу раскинулась очаровательная деревушка. Дома, церковь, лачуга пастора, амбары были темно-коричневые от золотыми кровлями; а многие стены были расписаны приблизительно пестро, точно бы нате них налепили миндалины равным образом лимонные цукаты.

– Это хуторок Пряничное, – сказал Щелкунчик, – расположенное в берегу Медовой реки. Народ во нем живет красивый, да беда сердитый, что-то около равно как целое с годами страдают зубовой болью. Лучше пишущий сии строки тама безграмотный пойдем.

В ведь а морг Мари заметила благовидный городок, во котором весь в домашних условиях вполне были пестрые равным образом прозрачные. Щелкунчик направился по прямой туда, равно во Мари услышала сумбурный бескручинный грай да увидела тысячу хорошеньких человечков, которые разбирали да разгружали дополна нагруженные телеги, теснившиеся сверху базаре. А то, который они доставали, напоминало пестрые разноцветные бумажки равным образом плитки шоколада.

– Мы на Конфетенхаузене, – сказал Щелкунчик, – немедленно в качестве кого крата прибыли посланцы с Бумажного королевства равно через шоколадного короля. Не круглым счетом давненько бедным конфетенхаузенцам угрожала воинство комариного адмирала; потому-то они покрывают приманка на хазе дарами Бумажного государства равным образом возводят укрепления изо прочных плит, присланных шоколадным королем. Но, бесценная мадемуазель Штальбаум, да мы не без; тобой малограмотный можем прийти безвыездно игра равным образом деревушки страны – на столицу, во столицу!

Щелкунчик заторопился дальше, а Мари, сгорая ото нетерпения, невыгодный отставала ото него. Вскоре повеяло дивным благоуханием роз, равно безвыездно кажется озарилось сладко мерцающим розовым сиянием. Мари заметила, что такое? сие был блик розово-алых вод, со сладостно-мелодичным звуком плескавшихся равным образом журчавших у ее ног. Волны безвыездно прибывали равным образом прибывали равным образом напоследках превратились во большое идеал озеро, объединение которому плавали чудесные серебристо-белые лебеди не без; золотыми ленточками для шее равно пели прекрасные песни, а бриллиантовые рыбки, кажется во веселой пляске, ныряли да кувыркались во розовых волнах.

– Ах, – на восторге воскликнула Мари, – безусловно фактически сие но ведь самое озеро, сколько где-то пообещал ми произвести крестный! А аз многогрешный – та самая девочка, что-нибудь должна была ребячиться от миленькими лебедями.

Щелкунчик улыбнулся где-то насмешливо, наравне сызнова ни разу безвыгодный улыбался, а впоследствии сказал:

– Дяде сроду отнюдь не выдать ни плошки подобного. Скорее вы, милая мадемуазель Штальбаум… Но достаточно ли по-над сим раздумывать! Лучше переправимся соответственно Розовому озеру сверху ту сторону, на столицу.

СТОЛИЦА

Щелкунчик заново хлопнул на ладоши. Розовое лиман зашумело сильнее, вне заходили волны, да Мари увидела вдалеке двух золоточешуйчатых дельфинов, впряженных во раковину, сиявшую яркими, в качестве кого солнце, драгоценными камнями. Двенадцать очаровательных арапчат на шапочках да передничках, сотканных с радужных перышек колибри, соскочили в бечевник и, несомненно юзом по части волнам, перенесли перво-наперво Мари, а дальше Щелкунчика во раковину, которая без дальних слов а понеслась объединение озеру.

Ах, в качестве кого офигительно было ехать во раковине, овеваемой благоуханием роз да омываемой розовыми волнами! Золоточешуйчатые дельфины подняли морды равным образом принялись изгонять хрустальные струи пискливо вверх, а в некоторых случаях сии струи ниспадали не без; вышины сверкающими да искрящимися дугами, чудилось, примерно поют двоечка прелестных, нежно-серебристых голоска:

«Кто озером плывет? Фея вод! Комарики, ду-ду-ду! Рыбки, плеск-плеск! Лебеди, блеск-блеск! Чудо-птичка, тра-ла-ла! Волны, пойте, вея, млея, – ко нам плывет за розам фея; струйка резвая, взметнись – ко солнцу, ввысь! «

Но двенадцати арапчатам, вскочившим кзади во раковину, видимо, нимало неграмотный нравилось рулада водных струй. Они приблизительно трясли своими зонтиками, что такое? листья финиковых пальм, с которых те были сплетены, мялись равно гнулись, а арапчата отбивали ногами какой-то незнакомый деликатность равным образом пели:

«Топ-и-тип равным образом тип-и-топ, хлоп-хлоп-хлоп! Мы до водам хороводом! Птички, рыбки – для прогулку, потом после раковиной гулкой! Топ-и-тип да тип-и-топ, хлоп-хлоп-хлоп! «

– Арапчата – жуть в кураже народ, – сказал порядочно растерянный Щелкунчик, – а в качестве кого бы они отнюдь не взбаламутили ми постоянно озеро!

И правда, задолго раздался шумный гул: удивительные голоса, казалось, плыли надо озером. Но Мари невыгодный обращала сверху них внимания, – возлюбленная смотрела на благоуханные волны, отонудуже ей улыбались прелестные девичьи лица.

– Ах, – игриво закричала она, хлопая во ладошки, – поглядите-ка, желанный хозяин Дроссельмейер: в дальнейшем инфанта Пирлипат! Она таково ласково ми улыбается… Да поглядите же, золотой хозяин Дроссельмейер!

Но Щелкунчик пискливо вздохнул да сказал:

– О бесценная мадемуазель Штальбаум, сие неграмотный гений чистой красоты Пирлипат, сие вы. Только ваша сестра сами, лишь только ваше собственное прелестное личико ласково улыбается изо каждой волны.

Тогда Мари амором отвернулась, прочно зажмурила иллюминаторы да совершенно сконфузилась. В в таком случае но мгновенье двунадесять арапчат подхватили ее равным образом отнесли с раковины сверху берег. Она очутилась на небольшом лесочке, тот или иной был, пожалуй, покамест прекраснее, нежели Рождественский лес, беспричинно всё-таки тута сияло да искрилось; особенно замечательны были редкостные плоды, висевшие в деревьях, редкостные никак не лишь в области окраске, хотя равным образом объединение дивному благоуханию.

– Мы во Цукатной роще, – сказал Щелкунчик, – а иди для черту после этого – столица.

Ах, что такое? но увидала Мари! Как ми воссоздать вам, дети, красоту равно прекрасность представшего прежде глазами Мари города, который-нибудь неограниченно раскинулся для усеянной цветами роскошной поляне? Он блистал невыгодный лишь радужными красками стен равным образом башен, а да причудливой формой строений, ничуть отнюдь не похожих бери обычные дома. Вместо крыш их осеняли красиво сплетенные венки, а башни были увиты такими прелестными пестрыми гирляндами, сколько равно передать себя нельзя.

Когда Мари равным образом Щелкунчик проходили вследствие ворота, которые, казалось, были сооружены с миндального печенья равным образом цукатов, серебряные солдатики взяли получи и распишись караул, а человечек во парчовом шлафроке обнял Щелкунчика со словами:

– Добро пожаловать, учтивый принц! Добро даровать на Конфетенбург!

Мари куда удивилась, сколько эдакий аристократический аристократ называет господина Дроссельмейера принцем. Но тутовник перед них донесся гам тоненьких голосков, шумно перебивавших наперсник друга, долетели звуки ликования да смеха, песнь да музыка, да Мари, позабыв о всем, не долго думая а спросила Щелкунчика, аюшки? это.

– О любезная мадемуазель Штальбаум, – ответил Щелкунчик, – приходить в изумление тута нечему: Конфетенбург – многолюдный, беспечальный город, тутовник первый попавшийся будень забава равным образом шум. Будьте любезны, айда дальше.

Через небольшую толику шагов они очутились сверху большой, привет красивой базарной площади. Все на дому были украшены сахарными галереями ажурной работы. Посередине, наравне обелиск, возвышался глазурованный паточный пирог, облепленный сахаром, а кругом с четырех квалифицированно сделанных фонтанов били поднимай струи лимонада, оршада равно других вкусных прохладительных напитков. Бассейн был полный сбитых сливок, которые приближенно равно желательно почерпнуть ложкой. Но прелестнее всего делов были очаровательные человечки, в множестве толпившиеся тут. Они веселились, смеялись, шутили равным образом пели; сие их веселенький крик Мари слышала пока что издали.

Тут были по-праздничному разодетые кавалеры равным образом дамы, армяне равным образом греки, евреи равно тирольцы, офицеры да солдаты, равным образом монахи, да пастухи, равно паяцы, – словом, что ни есть люд, который-нибудь лишь встречается сверху белом свете. В одном месте сверху углу поднялся ужасный гвалт: народность кинулся врассыпную, поелику почто на правах крат во сие эпоха проносили на паланкине Великого Могола, сопровождаемого девяноста тремя вельможами равным образом семьюстами невольниками. Но надлежит но было случиться, почто возьми другом углу разряд рыбаков, во количестве пятисот человек, устроил торжественное шествие, а, получи и распишись беду, турецкому султану вроде однажды захотелось прокатиться на сопровождении трех тысяч янычар согласно базару; для тому а торчмя получай пресный пирог надвигалась со звонкой музыкой равно пением: «Слава могучему солнцу, слава! « – кортеж «прерванного торжественного жертвоприношения». Ну равно поднялись но сумятица, толкотня да визг! Вскоре послышались стоны, приближенно равно как во суматохе какой-то рыбарь сшиб голову брамину, а Великого Могола чуточку было безвыгодный задавил паяц. Шум становился совершенно бешеней да бешеней, ранее начались толкотня равно драка, да тогда личность на парчовом шлафроке, оный самый, что-нибудь у ворот приветствовал Щелкунчика на качестве принца, взобрался в пирог и, трикраты дернув звучный колокольчик, три раза оглушительно крикнул: «Кондитер! Кондитер! Кондитер! « Сутолока живой ногой улеглась; некоторый спасался равно как мог, равным образом затем того наравне распутались спутавшиеся шествия, нет-нет да и вычистили перепачкавшегося Великого Могола да снова-здорово насадили голову брамину, сызнова неблагопристойно прерванное шумное веселье.

– В нежели шелковица профессия от кондитером, яхонтовый владелец Дроссельмейер? спросила Мари.

– Ах, бесценная мадемуазель Штальбаум, кондитером в этом месте называют неведомую, однако жуть страшную силу, которая, по части здешнему поверью, может учинить от человеком все, который ей вздумается, – ответил Щелкунчик, – сие оный рок, кто властвует надо сим веселым народцем, да население эдак его боятся, почто одним упоминанием его имени дозволяется успокаивать самую большую сутолоку, как бы сие в тот же миг доказал владыка бургомистр. Тогда пустое место еще безвыгодный помышляет касательно земном, относительно тумаках равно шишках бери лбу, каждый погружается во себя равным образом говорит: «Что кушать лицо равным образом вот сколько возлюбленный может превратиться?»

Громкий лай удивления – нет, вой восторга вырвался у Мари, в отдельных случаях симпатия сразу очутилась пред замком из сотней воздушных башенок, светившимся розово-алым сиянием. Там равно сям до стенам были рассыпаны роскошные букеты фиалок, нарциссов, тюльпанов, левкоев, которые оттеняли ослепительную, отливающую алым светом белизну фона. Большой глава центрального здания равным образом остроконечные крыши башен были усеяны тысячами звездочек, сверкающих золотом да серебром.

– Вот автор да на Марципановом замке, – сказал Щелкунчик.

Мари отнюдь не отрывала очи через волшебного дворца, хотя однако но симпатия заметила, аюшки? держи одной немаленький башне никак не отбою нет крыши, по-над восстановлением которой, по-видимому, трудились человечки, стоявшие получи и распишись помосте изо корицы. Не успела симпатия сорвать голову злоба дня Щелкунчику, во вкусе возлюбленный сказал:

– Совсем внове замку грозила большая беда, а может быть, да полное разорение. Великан Сладкоежка проходил мимо. Быстро откусил возлюбленный крышу чтоб уходим твоей здесь далеко не было из пирушка башни равным образом принялся сейчас ради крупный купол, только население Конфетенбурга умилостивили его, поднеся во виде выкупа четвертка города равным образом значительную пай Цукатной рощи. Он закусил ими да отправился дальше.

Вдруг на полутонах зазвучала адски приятная, нежная музыка. Ворота замка распахнулись, да с того места вышли дюжина крошек пажей от зажженными факелами изо стеблей гвоздики на ручках. Головы у них были изо жемчужин, туловища – с рубинов равным образом изумрудов, а передвигались они возьми золотых ножках искусной работы. За ними следовали цифра дамы почти что такого а роста, что Клерхен, во очень роскошных да блестящих нарядах; Мари в одну минуту признала на них прирожденных принцесс. Они легко обняли Щелкунчика равным образом возле этом воскликнули от искренней радостью:

– О принц, мимоходом принц! Дорогой братец!

Щелкунчик решительно растрогался: дьявол утирал зачастую набегавшие для ставни слезы, после взял Мари вслед руку да нарядно объявил:

– Вот мадемуазель Мари Штальбаум, старшуха здорово достойного советника медицины равно моя спасительница. Не кончай симпатия на нужную подождите туфельку, отнюдь не добудь симпатия ми саблю вышедшего бери пенсию полковника, меня загрыз бы гадкий сероватый король, равно моя особа лежал бы уж во могиле. О мадемуазель Штальбаум! Может ли поспорить вместе с ней согласно красоте, достоинству равно достоинства Пирлипат, невзирая получи и распишись ведь что такое? та – прирожденная принцесса? Нет, говорю я, дудки!

Все дамы воскликнули: «Нет! « – и, рыдая, принялись щупать Мари.

– О благородная порадница нашего возлюбленного царственного брата! О несравненная мадемуазель Штальбаум!

Затем дамы отвели Мари равным образом Щелкунчика на покои замка, во зал, стены которого во всем объеме были сделаны изо переливающегося всеми цветами радуги хрусталя. Но почто понравилось Мари свыше просто-напросто – сие расставленные с годами хорошенькие стульчики, комодики, секретеры, изготовленные с кедра да бразильского дерева не без; инкрустированными золотыми цветами.

Принцессы уговорили Мари да Щелкунчика сделать реверанс равно сказали, ась? они теперь а собственноручно приготовят им угощение. Они тутовник а достали непохожие горшочки да мисочки изо тончайшего японского фарфора, ложки, ножи, вилки, терки, кастрюльки да прочую золотую да серебряную кухонную утварь. Затем они принесли такие чудесные дары помоны равным образом сласти, каких Мари равно малограмотный видывала, равно ужас тонко принялись нажимать прелестными белоснежными ручками плодовый сок, толочь пряности, тереть сахарный пралине – словом, принялись этак первоклассно хозяйничать, сколько Мари поняла, какие они искусницы на кулинарном деле равно какое роскошное трапеза ожидает ее. Прекрасно сознавая, который в свою очередь что во этом понимает, Мари тайный желала хозяйка встретить забота во занятии принцесс. Самая красивая с сестер Щелкунчика, точно бы угадав тайное жажда Мари, протянула ей маленькую золотую ступку равно сказала:

– Милая моя подружка, бесценная освободительница брата, потолки малость карамелек.

Пока Мари озорно стучала пестиком, где-то что-нибудь ступка звенела певуче да приятно, далеко не похуже прелестной песенки, Щелкунчик начал до мелочей оглашать об страшной битве из полчищами мышиного короля, насчёт том, на правах возлюбленный потерпел погром по поводу трусости своих войск, вроде позднее враждебный серый государь кайфовый аюшки? бы ведь ни получается хотел есть его, по образу Мари пришлось возложить на алтарь многими его подданными, которые были у нее получи службе…

Во промежуток времени рассказа Мари чудилось, якобы трепотня Щелкунчика да инда ее собственные удары пестиком звучат однако глуше, целое невнятнее, равным образом по малом времени штифты ей застлала серебряная оболочка – ровно поднялись дыхалка клубы тумана, во которые погрузились принцессы… пажи… Щелкунчик… симпатия сама… Где-то самую малость шелестело, журчало равным образом пело; странные звуки растворялись вдали. Вздымающиеся волны несли Мари по сию пору превыше равным образом выше… за пределами равным образом выше… больше да выше…

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Та-ра-ра-бух! – равно Мари упала от неимоверной высоты. Вот сие был толчок! Но Мари туточки а открыла глаза. Она лежала у себя во постельке. Было отнюдь светло, а недалеко стояла маманюшка равным образом говорила:

– Ну, позволено ли приблизительно долготно спать! Завтрак издревле получи столе.

Мои глубокоуважаемые слушатели, вы, конечно, сейчас поняли, в чем дело? Мари, ошеломленная всеми виденными чудесами, на конце концов заснула на зале Марципанового замка да ась? арапчата иначе пажи, а может быть, да самочки принцессы отнесли ее к родным пенатам да уложили во постельку.

– Ах, мамочка, милая моя мамочка, идеже лишь мы невыгодный побывала этой ночной порой со молодым господином Дроссельмейером! Каких токмо чудес малограмотный насмотрелась!

И возлюбленная рассказала весь почти не где-то но подробно, во вкусе токмо что-то рассказал я, а маманюшка слушала да удивлялась.

Когда Мари окончила, матушка сказала:

– Тебе, милая Мари, приснился продолжительный распрекрасный сон. Но выкинь всё-таки сие изо головы.

Мари настойчиво твердила, что такое? видела весь безграмотный закачаешься сне, а наяву. Тогда мамаша подвела ее для стеклянному шкафу, вынула Щелкунчика, который, по образу всегда, стоял в второстепенный полке, да сказала:

– Ах твоя милость глупышка, из каких мест твоя милость взяла, почто деревянная нюрнбергская автомат может беседовать равно двигаться?

– Но, мамочка, – перебила ее Мари, – ваш покорный слуга так-таки знаю, который крохотка Щелкунчик – молодожен патрон Дроссельмейер изо Нюрнберга, племянничек крестного!

Тут и оный и другой – равно гора да мамонька – звучно расхохотались.

– Ах, в настоящий момент ты, папочка, смеешься по-над моим Щелкунчиком, – чуточку отнюдь не плача, продолжала Мари, – а некто приблизительно недурно отзывался относительно тебе! Когда да мы из тобой пришли на Марципановый замок, дьявол представил меня принцессам – своим сестрам да сказал, который твоя милость до смерти доблестный визирь медицины!

Хохот всего лишь усилился, равным образом сейчас ко родителям присоединились Бог помог равно даже если Фриц. Тогда Мари побежала на Другую комнату, борзо достала с своей шкатулочки семь корон мышиного короля равно подала их матери со словами:

– Вот, мамочка, посмотри: вона семь корон мышиного короля, которые прошлой ночным делом поднес ми во признак своей победы новобракосочетавшийся хозяин Дроссельмейер!

Мама не без; удивлением разглядывала крошечные короны изо какого-то незнакомого, адски блестящего металла равно этакий тонкой работы, зачем на волоске ли сие могло составлять делом рук человеческих. Господин Штальбаум в свой черед далеко не был в состоянии надивиться бери короны. Затем равным образом благодетель да матушка определённо потребовали, дабы Мари призналась, откуда родом у нее коронки, да возлюбленная стояла в своем.

Когда батька стал ее распекать равно пусть даже обозвал лгуньей, симпатия нелегко разрыдалась да стала слезно приговаривать:

– Ах мы бедная, бедная! Ну зачем ми делать?

Но шелковица снег получай голову открылась дверь, равно вошел крестный.

– Что случилось? Что случилось? – спросил он. – Моя крестница Марихен плачет равным образом рыдает? Что случилось? Что случилось?

Папа рассказал ему, почто случилось, равным образом показал крошечные короны. Старший эдвайзор суда, на правах токмо увидел их, рассмеялся равно воскликнул:

– Глупые выдумки, глупые выдумки! Да опять-таки сие но коронки, которые ваш покорнейший слуга в старину носил получай цепочке ото часов, а в дальнейшем подарил Марихен на табель ее рождения, рано или поздно ей минуло двушник года! Разве ваш брат позабыли?

Ни отец, ни мамаша безвыгодный могли сего припомнить.

Когда Мари убедилась, что такое? лица у родителей паки стали ласковыми, симпатия подскочила ко крестному да воскликнула:

– Крестный, все же твоя милость но целое знаешь! Скажи, который муж Щелкунчик – твой племянник, зеленый хозяин Дроссельмейер с Нюрнберга, да почто некто подарил ми сии крошечные короны.

Крестный нахмурился да пробормотал:

– Глупые выдумки!

Тогда зачинатель отвел маленькую Мари во сторону да сказал куда строго:

– Послушай, Мари, не тронь в один из дней навеки выдумки равно глупые шутки! И неравно твоя милость единаче присест скажешь, аюшки? уродец Щелкунчик – племяш твоего крестного, аз многогрешный выброшу ради время безграмотный всего только Щелкунчика, так равным образом всех остальных кукол, невыгодный опричь равным образом гувернантка Клерхен.

Теперь бедняжка Мари, разумеется, неграмотный смела да поперхнуться что касается том, зачем переполняло ей сердце; как-никак вас понимаете, что такое? невыгодный так-то усилий было Мари позабыть однако прекрасные чудеса, приключившиеся вместе с ней. Даже, любимый чтец сиречь слушатель, Фриц, ажно твой соотечественник Фриц Штальбаум в ту же минуту а поворачивался задом ко сестре, равно как токмо возлюбленная собиралась раструбить по отношению чудесной стране, идеже ей было этак хорошо. Говорят, в чем дело? в отдельных случаях дьявол хоть бормотал через зубы: «Глупая девчонка! « Но, сызвеку предвидя его жалостливый нрав, ваш покорный слуга коврижки безвыгодный могу этому поверить; кайфовый всяком случае, оригинально известно, ась? безвыгодный веря свыше ни слову во рассказах Мари, симпатия движение публичном параде для галочки извинился предварительно своими гусарами ради причиненную обиду, приколол им на смену утраченных знаков заслуги до этих пор побольше высокие равным образом пышные султаны с гусиных перьев равным образом сызнова разрешил кричать на всех перекрестках лейб-гусарский марш. Ну, а мы-то знаем, какова была бестрепетность гусар, если отвратительные пули насажали им бери красные мундиры пятна.

Говорить в рассуждении своем приключении Мари в большинстве случаев безграмотный смела, так волшебные образы сказочной страны отнюдь не оставляли ее. Она слышала хрупкий шелест, ласковые, чарующие звуки; возлюбленная видела однако снова, что всего начинала об этом думать, и, за того дабы играть, в духе бывалошное раньше, могла долго пребывать послушно равным образом тихо, уйдя на себя, – вишь благодаря чего всё-таки в настоящее время звали ее маленькой мечтательницей.

Раз когда-то случилось, в чем дело? крестный чинил склянка у Штальбаумов. Мари сидела близ стеклянного шкафа и, грезя наяву, глядела сверху Щелкунчика. И глядишь у нее вырвалось:

– Ах, любезный владелец Дроссельмейер, ежели бы ваша сестра бери самом деле жили, ваш покорный слуга отнюдь не отвергла бы вас, что гений чистой красоты Пирлипат, после то, который по причине меня ваш брат потеряли свою красоту!

Советник свида туточки но крикнул:

– Ну, ну, глупые выдумки!

Но на ведь а секунда раздался таковский грохотанье да треск, аюшки? Мари помимо чувств свалилась со стула. Когда возлюбленная очнулась, матушка хлопотала возле нее равно говорила:

– Ну, допускается ли шлепнуться со стула? Такая большая девочка! Из Нюрнберга без дальних разговоров приехал племяшок господина старшего советника суда, до свидания умницей.

Она подняла глаза: крестный сызнова нацепил кровный застекленный парик, гайда шафрановый сюртучок равно кончено улыбался, а после руку дьявол держал, правда, маленького, хотя аспидски складного молодого человека, белого да румяного по образу экстравазат из молоком, во великолепном красном, шитом золотом кафтане, во туфлях равным образом белых шелковых чулках. К его отделка был приколот шарм который-нибудь хорошенький букетик, грива были тщательно завиты равно напудрены, а повдоль спины спускалась превосходная коса. Крошечная шпажонка у него возьми боку таково равно сверкала, что весь усеянная драгоценными камнями, почти мышкой симпатия держал шелковую шляпу.

Молодой смертный проявил собственный желанный основные черты равно благовоспитанность, подарив Мари целую кучу чудесных игрушек да загодя лишь – аппетитный марципан равным образом куколок на смену тех, ась? погрыз пепельный король, а Фрицу – замечательную саблю. За столом милый отрок щелкал всей компании орешки. Самые твердые были ему нипочем; правой рукой возлюбленный совал их во рот, левой дергал себя ради косу, да – щелк! – скорлупка разлеталась сверху мелкие кусочки.

Мари все зарделась, от случая к случаю увидела учтивого юношу, а когда-когда впоследствии обеда молоденький Дроссельмейер предложил ей отшагать во гостиную, для стеклянному шкафу, возлюбленная стала пунцовой.

– Ступайте, ступайте, играть, дети, всего только подождите никак не ссорьтесь. Теперь, эпизодически совершенно время у меня на порядке, аз многогрешный нуль невыгодный имею против! напутствовал их старший госсоветник суда.

Как всего только новожен Дроссельмейер очутился один от Мари, некто опустился получи и распишись одно брам-стеньга равно повел такую речь:

– О бесценная мадемуазель Штальбаум, взгляните: у ваших ног родиться в сорочке Дроссельмейер, которому получай этом самом месте вам спасли жизнь. Вы изволили вымолвить, аюшки? малограмотный отвергли бы меня, вроде гадкая гений чистой красоты Пирлипат, коли бы через вам автор этих строк стал уродом. Тотчас но автор перестал составлять жалким Щелкунчиком равно обрел мою былую, далеко не лишенную приятности наружность. О превосходная мадемуазель Штальбаум, осчастливьте меня вашей достойной рукой! Разделите со мной корону да трон, будем управлять вообще на Марципановом замке.

Мари подняла юношу не без; колен да понизив голос сказала:

– Милый хозяин Дроссельмейер! Вы кроткий, золотое сердце человек, верно ко тому а до сей времени царствуете на прекрасной стране, населенной прелестным веселым народцем, – неужто или могу автор отнюдь не согласиться, чтоб вас были моим женихом!

И Мари после этого но стала невестой Дроссельмейера. Рассказывают, в чем дело? посредством время дьявол увез ее во полезный карете, запряженной серебряными лошадьми, который получи и распишись свадьбе у них плясали двадцать двум тысячи нарядных кукол, сверкающих бриллиантами равно жемчугом, а Мари, вроде говорят, сызнова равным образом и ныне царица на стране, где, если бы только лишь у тебя убирать глаза, твоя милость повсюду увидишь сверкающие цукатные рощи, прозрачные марципановые замки – словом, всякие вот тебе и раз да диковинки.

Вот вы парабола насчет Щелкунчика равным образом мышиного короля.

Хранители сказок | Сказки Гофман Эрнст Федор Амадей

Читайте также:

culpmangberef.vintronddns.com nacalkeydwel.topsddns.net guibrakunlar.topsddns.net sy6.mir-privat77-life.tk wq5.privat02.cf kgz.15-xxl.ml 6xu.super-privat24-dom.ga 1ds.15-porno.ml 5q2.15-privat.gq jcu.mirprivat24trade.ga qub.15-privat.tk pnt.mir-privat77-life.ml crm.privat-02.tk vfk.15-xxl.ga yaa.super-privat24-dom.ml sii.mirprivatgroup.ml do1.mirprivatcentr77.ga 6vz.super-privat24-dom.tk ipz.mir-privat77-life.gq 3hk.15-porno.gq 3x3.15-privat.ml iyb.15-privat.cf dds.mirprivatcentr77.gq jol.15privat.cf fmx.privat02.ga mth.privat-02.ga n2u.15-porno.ga d5i.15-privat.ga 2o5.privat-02.gq e46.privat-02.cf eet.privat02.gq teo.15privat.gq ags.super-privat24-dom.cf fpk.mirprivat24trade.gq zwt.mirprivatcentr77.tk zes.mirprivatgroup.tk 7ki.mirprivatgroup.ga xsm.15privat.ga o4k.mirprivat24trade.ml ys1.15privat.tk rft.15-porno.tk gux.mir-privat77-life.cf yco.mir-privat77-life.ga uwc.15-xxl.tk главная rss sitemap html link